Бремя страстей человеческих
«Бремя страстей человеческих» – во многом автобиографичный роман Сомерсета Моэма. Он был переведен едва ли не на все языки мира и трижды экранизирован, а также вошел в список 100 лучших англоязычных произведений XX века. Прочитав этот роман, Теодор Драйзер назвал Моэма «великим художником», а его книгу – «творением гения». «Бремя страстей человеческих» можно назвать «романом воспитания», где автор прослеживает жизнь главного героя Филипа Кэри от детства к отрочеству, от юности к зрелости. На его долю выпадает немало испытаний: ранняя смерть родителей, отчаянные поиски своего призвания в мире, обреченные отношения с легкомысленной женщиной. Претерпев немало разочарований, меняя свои взгляды, от подчинения собственным страстям до самоотречения, Филип пытается нить за нитью сплести узор собственной жизни…
Официант подобострастно поклонился.
– Давай сегодня закажу обед я, – предложила Милдред.
Филипу казалось, что сегодня она еще прелестнее, чем обычно, он протянул ей меню, и она заказала свои любимые блюда. Выбор был невелик, и они уже по многу раз перепробовали все, что мог предложить ресторан. Филипу было весело. Он глядел ей в глаза и любовался нежным овалом ее бледного лица. После обеда Милдред взяла сигарету. Курила она очень редко. «Неприлично, когда дама курит» – постоянно твердила она.
Слегка запнувшись, Милдред спросила:
– Ты удивился, когда я сегодня напросилась с тобой поужинать?
– Сама знаешь, какое это для меня удовольствие.
– Мне надо тебе что-то сказать, Филип.
Он посмотрел на нее, сердце его упало, но он прошел хорошую школу.
– Валяй, – сказал он, улыбаясь.
– А ты обещаешь быть умницей? Дело в том, что я выхожу замуж.
– Да ну! – сказал Филип.
Это единственное, что он смог вымолвить. Он не раз думал о такой возможности и о том, как он тогда поступит и что скажет. Он смертельно страдал, представляя себе свое отчаяние, ярость, которая его охватит, мысли о самоубийстве; но, может быть, он слишком ясно предвидел все это – во всяком случае, теперь он чувствовал просто слабость, как во время тяжкой болезни, когда жизненная энергия уходит и больному становится безразличен исход его недуга: ему хочется только одного – покоя.
– Понимаешь, годы идут, – сказала она. – Мне уже двадцать четыре, пора устраивать свою жизнь.
Он молчал и машинально глядел на хозяйку за стойкой, потом перевел глаза на красное перо на шляпке одной из обедавших дам. Милдред даже обиделась.
– Ты бы мог меня поздравить, – сказала она.
– Поздравить? Мне все еще не верится, что это правда.
– За Миллера, – ответила она, порозовев.
– За Миллера? – закричал пораженный Филип. – Но ты же не видала его несколько месяцев!
– Он завтракал у нас на прошлой неделе и сделал мне предложение. Он очень хорошо зарабатывает. Семь фунтов в неделю, и у него прекрасные виды на будущее.
Филип снова замолчал. Он вспомнил, что ей всегда нравился Миллер; он умел ее развлечь, а то, что он был иностранцем, окружало его каким-то экзотическим ореолом.
– Видимо, этого надо было ожидать, – сказал он наконец. – Ты должна принять предложение самого выгодного покупателя. Когда свадьба?
– В будущую субботу. Я уже заявила в кафе об уходе.
У Филипа сжалось сердце.
– Так скоро?
– Мы поженимся гражданским браком. Эмиль считает, что так лучше.
Филип почувствовал страшную усталость. Ему захотелось поскорее от нее уйти и сразу же лечь в постель Он попросил счет.
– Я посажу тебя на извозчика и отправлю на вокзал.

















