Будь моей

Ему три месяца. И девять длилась беременность. У нее не нашлось времени мне сказать?

Я встаю с кресла. Не могу сидеть и молчать. Нужно чем-то занять себя, чтобы не наговорить лишнего и не натворить глупостей. Чем-то оказывается она. Я подхожу ближе, останавливаюсь в полуметре. Она тихо шепчет извинения, и я ее обнимаю. Тяну за руку к себе, утыкаюсь подбородком в ее макушку и чувствую, как дрожит ее тело в моих руках. Она плачет, а я пытаюсь подумать, как быть дальше.

Понятно же, что мы не сможем существовать на две страны. Сюда лететь больше двенадцати часов. А я хочу растить сына, видеть его, общаться с ним. А еще я знаю, что у нее тут жизнь. За год она привыкла к этому городу, людям, устроилась на работу, завела парня, с которым у нее все серьезно. Не знаю, правда ли, но говорила она убедительно. Целовалась, конечно, тоже убедительно.

У нее должен быть выбор, но как заставить себя его дать?

Глава 15

Лера

— Что теперь будет? — спрашиваю, боясь нарушить то теплое, что между нами происходит.

Богдан меня обнимает. Тепло его тела действует на меня успокаивающе. Я перестаю плакать, но из объятий высвобождаться не спешу. Мне так хорошо стоять вплотную к нему. Льнуть всем телом, касаться его мышц на спине, которые проступают даже через рубашку.

Я ждала скандала и обвинений в том, что соврала, а вместо этого последовали сильные объятия и немая поддержка. Богдан будто понимает причину моего молчания и слез. Не могу отделаться от ощущения, что он раскаивается. Понимаю, что так нельзя, но все равно чувствую его сожаления. Или хочу их чувствовать. Это другое.

— Я пока не знаю, — честно отвечает он.

Из объятий не выпускает. Все так же держит. Обнимает, проводит ладонью по пояснице, задевает небольшой щетиной мой висок. Мне так хорошо в его объятиях, что даже наплевать на возможное нарушение нашего уединения. Кажется, что если кто-то откроет дверь, я так и продолжу цепляться за Богдана и плакать у него на плече.

А еще мне страшно отстраниться и посмотреть ему в глаза. Увидеть в них разочарование. Он ведь дал мне возможность соврать, и я не задумываясь это сделала. Каюсь, виновата, но если отмотать время назад, я бы сделала точно так же. Мне не сложно говорить правду. Я в жизни вообще не вру никому. Ни Майку, ни Оле, ни коллегам по работе, а ему почему-то хочется. С ним стараешься выглядеть лучше, старше, умнее, но получается все как всегда.

Мы бы так и стояли, крепко прижавшись друг к другу, если бы не стук в дверь. Я спохватываюсь, отхожу и отворачиваюсь, чтобы скрыть слезы. А еще пару минут назад думала, что так и буду стоять в его объятиях. Сейчас понимаю, что нет. Нельзя. Мы на работе, где я его подчиненная, а она начальник. Итак слухи ходят.

— Богдан Олегович, машина подъехала, чемоданы уже загрузили.