Будь моей беременной

Если бы Мила носила девочку, то слепок магии мог быть как материнский, так и отцовский. Но мальчики унаследовали магию рода отца. И по-другому никак. В утробе матери и до самой инициации лет в десять-двенадцать, слепок его магии будет точно таким же, как слепок с родовой магии отца. Это после она обретет какие-то свои особенности, окрас, форму, ширину и интенсивность внутренних магических потоков, но сейчас… Специалист просто не мог ошибаться или перепутать. Слепки магии древних родов хранятся в архиве Совета и охраняются лучше, чем королевская казна. Так что если он сказал, что у Милы под сердцем — Рейверс, значит так и есть.

Но тогда все более чем странно!"

"— В моей жизни был один единственный мужчина, — она заговорила, сжав руки в кулаки, а на ее щеках появился густой румянец. — И делить постель с кем-то другим у меня и мысли не было.

Ее голос дрогнул, а следом она прикрыла лицо ладонями.

— Впервые мне хочется пожалеть женщину за то, что она хранила верность своему супругу, — улыбнулся я, попытавшись разрядить обстановку. Сделал шаг к ней, но она снова увеличила расстояние между нами. — Но ведь это все должно же иметь логичное объяснение! Если ребенок точно Крейга, то он тогда Рейверс? Это исключено и невозможно.

— Определенно! — кивнула Мила. — Его родовое древо я выучила на зубок.

— Я тоже могу утверждать, что Донеган не числится в фамильном древе Рейверсов. Конечно, перепроверю… Но мама бы точно не забыла напомнить ему о родстве, даже если бы оно было настолько дальним, что и бинокль не помог бы его рассмотреть.

— А ты не думал, что… Этого специалиста мог кто-то подкупить? Я сначала решила, что это был ты…

— Я — не твой бывший супруг, и не подкупаю людей из Совета, — процедив сквозь зубы слова, ответил я. — Прости, если разочаровал тебя этим… Но… если это так, то нам стоит поблагодарить этого доброжелателя. Потому как подделать подобные магические тесты практически нереально. Я уже говорил тебе об этом.

— А это мог быть… призрак? — она внезапно остановилась и вскинула удивленный взгляд.

— Какой опять призрак? — устало вздохнул я. — В поместье Рейверсов не было призраков никогда.

Тамила резко развернулась и направилась в сторону столика, а затем зашелестела бумагами. Ее брови сошлись на переносице, губы поджались. Такая сосредоточенная и возбужденная!

— Вот, — она подхватила небольшой обрывок пожелтевшей от времени бумаги и протянула мне. — Это я нашла за портретом твоего пра-прадедушки Хэролда Рейверса. И обнаружила я это благодаря женщине-призраку. Ее зовут Амалия. И ей твой предок посвящал любовные послания. А затем женился на другой.

— Впервые слышу об этом всем, — пробормотал я, развернув записку и пробежав взглядом по строчкам.