Любовь против (не)любви

Её тело убрали, как заведено, и положили в церкви — чтобы все простились, как положено. Тем более зима, и приморозило не на шутку — давно уже таких холодов не случалось, и ещё метель сутки не унималась, невозможно было за стены нос показать. Но метель улеглась и сменилась ясным днём и свежим морозом, и разослали гонцов — в столицу, к Роузвиллам — родичам миледи, в Солтвик, в Торнхилл и ещё к некоторым соседям. Лорд Грегори не был склонен торопиться — как все соберутся, сказал он, так и похороним, оттепели пока никто не предсказывал."

"— Две ночи миледи пролежала в церкви, как положено, — продолжал Джон, — а на третью — встала и пошла ходить по замку.

Как ни в чём не бывало. Только вот тени у неё не было, и пола не касалась, хотя шаги были отчётливо слышны, и вообще они такие, характерные, с подшаркиванием, тяжелые, ни с чем не перепутаешь, как и при жизни были. Первым делом она навестила милорда нашего отца, но тот был сильно пьян и приложил её отборной бранью, как, видимо, не прикладывал никогда в жизни. Но помогло — она из его спальни вылетела, будто за ней сто чертей гнались, и спряталась в своих покоях. А там до сих пор оставалась толпа её комнатных тётушек и девиц — камеристок, служанок, швей, вышивальщиц. И кто-то попрятался, кто-то нет — но самую вредную свою камеристку, Нэн, она забрала с собой. И ещё по дороге заглянула на кухню и увела повариху Полли. Они ж всё тётки простые, им миледи приказала — они встали и пошли. На кухне, говорят, ещё и во все горшки заглянула, и где ещё что съестное оставалось — всё протухло.

— Ты шутишь, да? — Роб смотрел — и как будто не верил.

А вот Катерина поверила — сразу. Потому что стало понятно, отчего не по себе местным обитателям, ведь просто смерть хозяйки так бы не подкосила.

Кто-то, глядишь, вздохнул бы свободно, а кто-то и порадовался бы. А теперь уже какая радость, вовсе не до радости!

— Знаешь, вот так я бы шутить не стал — всё же, не Джейми и не Рон, — ответил Джон. — Кстати, Рон здесь тоже был, встречал Рождество. Явился, как ни в чём не бывало, и отец его не прогнал.

— И где он сейчас? — не понял Роб.

— Обратно сбежал, — вздохнул Джон. — Когда вчера ночью матушка снова выбралась наружу и пошла бродить по коридорам, то первым делом явилась к Джейми. И говорит — пойдём, мол, сынок, со мной.

А Джейми был с Роном и ещё с парой дворовых девиц, они такого визита не ожидали. Сцена, конечно, как в столичном театре — похоть и пьянство, и тут приходит наша матушка, и желает увести их всех с собой. Орали так, что даже отец сверху пришёл и спросил — какие черти поддали им под задницы, а уж на этом этаже и вовсе все сбежались. Так вот Джейми никуда не пошёл, Рону она и не предлагала, а две девчонки — испугались, видимо, позабыли, что миледи-то уже не живая, в ноги бросились да с ней ушли.