Любовь против (не)любви

— Я постараюсь — завтра, хорошо?

А то ведь уже скоро ужин!

— Хорошо, мы придём завтра!

— Не выходите из своих комнат одни, ясно вам? Рональд, у них есть какая-нибудь охрана? Почему вообще детей обижают? — Катерина была зла.

— Почему вообще кого-то в этой жизни обижают? — пожал плечами Рональд. — Таков закон. Кузины, давайте-ка мы проводим вас до комнат, — он помог подняться сначала одной девочке, потом второй. — Кузина Энни, вам разрешили держать собаку в комнатах?

— Да, кузен Рональд, — кивнула старшая девочка. — Братец Джон нам разрешил, и обещал всё уладить с матушкой.

— Раз братец Джон — то всё в порядке, — ухмыльнулся тот.

Комнаты девочек были в двух шагах по коридору. Их там встретили охающие горничные — где они были-то, лентяйки? Неужели не слышали плача и визга?

А когда обе барышни были переданы на руки воспитательницам, и двери за ними закрылись, Рональд взял Катерину под руку.

— Кэт, я провожу тебя, а то ведь ты снова найдёшь себе какое-нибудь приключение. Ты, я погляжу, теперь мастер находить что-нибудь такое.

— Да просто невозможно же!

— Что именно? — вкрадчиво спросил он.

— Смотреть, понимать, что можешь что-то сделать, и не делать.

— Лучше не делать — целее будешь.

— И кем потом себя чувствовать? Тем самым трусом? Пусть бьют слабых и маленьких? Меня тоже били — потому, что слабая и маленькая?

— Да никто тебя не бил, кому ты нужна? — нахмурился Рональд.

— Вот и мне интересно — кому? По идее — никому, кроме Роберта, но выходит, что всё иначе. Что ты об этом знаешь? — Катерина попробовала впиться в него взглядом и что-то о нём понять.

— Что это вы, миледи, под ручку с милордом Рональдом по дому ходите? — раздался вдруг сбоку противный голос камеристки Нэн.

Эта-то что тут делает?"

"Катерина глянула — та сидела на лестнице, по которой, не случись очередного происшествия, ей бы как раз пришлось спускаться.

— А ты тут что, ногу лечишь? Пока миледи Маргарет там желудком мучается? — спросила как бы невзначай.

— Как мучается? — подскочила, подхватилась и была такова.

Но почему-то побежала не наверх, а к той лестнице, с которой спустились Катерина и Грейс. Что-то тут было не так.

— Позволь рассмотреть кое-что, — Катерина высвободилась из руки Рональда, добавила магических фонарей — ещё парочку к двум уже имевшимся, и стала внимательно рассматривать ступеньки. Потрогала пальцами — жир, как есть жир!

Что, первая загадка разгадана?

— Грейс, Рональд — посмотрите, что тут.

— Жир на ступенях? Чтобы кто-нибудь съехал? — не поверила Грейс.

— Как видишь.

Рональд же потрогал пальцами одну ступеньку, вторую, поднялся на три вверх, поскользнулся и грохнулся носом вниз — намазано было на совесть.

— Ну я ей задам, — мстительно произнёс он, поднимаясь.