Бывшие, или У любви другие планы

Еще чуть-чуть.

Вбежав по сбитым ступенькам, я притормозила у дверей, пытаясь отдышаться. Кашель душил, и жутко хотелось пить.

Пригладив волосы, вошла внутрь, сразу направляясь к стойке.

— Торнтон? — госпожа Милх удивлённо взглянула на меня поверх очков.

— Доброго дня, — голос был сиплый и будто чужой, пришлось прокашляться.

— Что ты здесь делаешь?

— Пришла почитать о работе Гариуса Сорца.

— Сейчас же каникулы.

— Но библиотека же работает, — невинно улыбнувшись, парировала я.

— Раньше такой тяги к знаниям у тебя замечено не было, — недоверчиво протянула пожилая библиотекарша.

— Расту, наверное. Так я могу пройти?

Причин отказать мне у неё не было, но я всё равно замерла, ожидая ответа. Больше идти было некуда.

— Работы Сорца в дальней секции.

А то я не знаю. Не зря же выбрала.

— Благодарю.

В читальном зале никого не было. Каждый стук невысоких каблучков эхом звучал в пустоте, и я невольно поёжилась. Жутко.

Свернув направо, я прошла мимо огромных стеллажей, выстроенных в ряд, снова направо, немного прямо и вот она дальняя секция — небольшая комнатка с парой столов и двумя шкафами, в которых хранились труды великого искрящего Гариуса Сорца.

Не глядя схватила первую попавшуюся книгу, села за стол, раскрыла и замерла, уставившись перед собой невидящим взглядом.

Вот теперь можно было подумать и проанализировать произошедшее. А также понять, как быть дальше.

Сначала я себя отругала. Не стоило убегать из столовой. Совсем не стоило. Да, увидеть веточку жасмина на лацкане пиджака Корвила я никак не ожидала. Это стало больше чем шоком, самым настоящим приговором."

"Конечно, уйти следовало, но не бросать поднос на пол и убегать. Этим я могла выдать себя.

Ведь он ждал её.

Ту незнакомку с бала.

Осторожно провела подушечками пальцев по губам, вспоминая тот жаркий поцелуй и чувства, которые всколыхнулись в груди. Прерывистый шёпот и мольба прийти, не убегать, не отказываться от призрачного счастья.

Не надо было приходить. Но я не смога противиться любопытству и тому ощущению волшебства, которое буквально заставило меня лететь в столовую. А ведь я тянула до последнего.

Великие, что же теперь делать?

Оставалось надежда, что Корвил не понял, не догадался. Призрачная, но оставалась.

Но как быть мне? Как ходить по одним с ним коридорам, как смотреть ему в глаза, отвечать на колкости и придирки?

Не смогу.

Я прижала ладони к горящим щекам.

Как притвориться и забыть, что этой ночи не было и того разговора в тени ракиты тоже. Это безумие.

Безумие, которое горело внутри, отзываясь непонятной тоской в сердце.

Дерек Корвил. Сангорианец, из-за которого я столько плакала ночей, пытаясь понять, чем вызвана эта агрессия и неприятие.

— Я справлюсь, — прошептала сама себе, положив руки на книгу.