Бывшие, или У любви другие планы

— Да, я знаю. Искрящие могут многое, особенно обладая силой и нужными связями. Знаешь, я хотела тебе кое-что показать, — женщина вдруг поднялась и подошла к столику, вытаскивая из ящика пожелтевший листок бумаги, который протянула мне.

Ванагорийский «Сплетник» пятимесячной давности. Пожелтевший, измятый и потом тщательно разглаженный. Я помнила этот выпуск. В нём было объявление о нашей свадьбе с Эйданом. Перевернув листок, взглянула на наш портрет и только потом посмотрела на свекровь.

— Откуда у вас это?

— Ты знала, что Дерек тоже собирался жениться?

— Да.

Я совсем запуталась в этих скачках информации и непонятных вопросах.

— Леди Альвира является родственницей герцога Марлоу. Это очень выгодный союз для обоих семейств. И девушка давно влюблена в моего сына. Вот только он не спешил делать предложения, откладывал, тянул время, пока всё не изменилось. В один день. Утром пришла почта из Ванагории, Дерек был у себя в кабинете, когда случился выброс.

— Выброс? — тихо переспросила я.

— Да. Магический выброс. Ему с трудом удалось выстоять и успокоиться. Я видела, как ему больно, но помочь ничем не могла.

Это страшнее всего, видеть и не иметь возможность помочь, облегчить страдания, — в её голосе была самая настоящая боль. — Придя в себя, Дерек велел оседлать коня и уехал. А в разрушенном кабинете среди осколков я нашла вот эту заметку из газеты. Именно в этот день мой сын попросил руки леди Альвиры, настаивая, чтобы свадьбу сыграли как можно скорее.

— Зачем вы мне это рассказываете?

— Чтобы ты увидела моего сына с другой стороны, поняла мотивы его поступков. Неужели ты не задумывалась, что, подставив тебя с доносом, они могли подставить и его?

Думала.

И не раз за последние дни.

— Я видела всё своими глазами.

— Документы и слепок я тоже видела и держала в руках. А твой побег, признание брака недействительным и исчезновение на несколько месяцев — всё это указывало, что именно ты его обвинила в предательстве и шпионаже.

— Он тоже не искал со мной встречи. Не пытался узнать, что со мной случилось. Глупо, мелочно, но промолчать я не могла.

— Дерек несколько месяцев провёл в тюрьме, ему грозила каторга или смерть.

Вот этого я точно не ожидала.

— Что?

Леди Энния покачала головой и горько улыбнулась.

"

"— Дети. Какие вы всё-таки дети. Спрятались каждый в своей норке и молчите, копите обиды, сжигаете свои чувства. Почему бы просто не поговорить? Почему не выяснить всё от начала и до конца?

— Потому что это больно.

— А жить, ненавидя и любя, не больно? Выходить замуж за человека, которого не любишь, не больно? Вас разлучили, намеренно, жестоко. Сломали, растоптали, а вы позволили и до сих пор позволяете.

— Вы не знаете…

— Знаю, Селина. Меня тоже ломали, унижали, предавали и бросали.