Измена. Не прощу твою ложь (СИ)
Я была так счастлива и любила свою семью. Только все, во что я верила, оказалось фальшивкой. Муж подло обманул меня, и предательство не сойдет ему с рук. Простить ложь я не в силах! - За вас, дорогие хозяева! Кстати, ваша дочь Илона спит с моим мужем, – говорю я, салютуя бокалом. – А еще он потратил деньги, которые вы вложили в его проект. Мой распрекрасный супруг сидит белее стены. В его взгляде, направленном на меня, шок и недоумение. - С вашего позволения, откланяюсь. – Отодвигаю стул, бросаю скомканную салфетку в благоверного. И выхожу из этого филиала ада с высоко поднятой головой.
Чертыхаюсь, просыпаю порошок на пол, руки дрожат от усталости. Ничего, потом вымою пол. Не сегодня, уже сил нет.
Дочка хватает соску своим крошечным ротиком и так сладко чмокает, что в груди разливается комочек тепла.
Нет, все было не зря. Вот, у меня теперь есть Каринка.
Провожу рукой по светлому пуху на крошечной головке – хорошенькая, как ангелочек. Спокойная и пухленькая, голубоглазая. Совсем другая. Не такая, как мои девчонки. Те были темненькие и юркие с самого рождения.
Мысль о других детях болезненным спазмом сжимает грудь. Я скучаю, отчаянно скучаю. Они совсем большие сейчас, с ними интересно.
Когда-нибудь они вырастут, и поймут меня. Сейчас мне больно с ними видеться. Да и что я могу им дать? Ничего! Отец-неудачник."
"Зато Каринка сейчас только моя! И останется моей навсегда.
- Это я уговорил твою маму оставить тебя, - шепчу своей солнечной малышке. - Она не хотела детей, но это секрет. Видишь, какой я молодец. Ты будешь моя лучшая дочка, самая любимая... И самая счастливая, я обещаю!
Прижимаю два пальца к губам и прикладываю их к мягкой щечке.
Захожу в комнату, где Илона смотрит телевизор. Прикручиваю звук, чтобы дочка не проснулась.
- Покормил? Блин, я так устала, она меня сегодня просто вымотала. Пищит и пищит весь день, голова кругом, – обижено дует губки. - Ты на своей работе весь день, а я тут одна, как проклятая.
- Ей всего месяц, у нее колики, надо было на ручках... – не успеваю договорить, меня прерывает восторженный вопль.
- Уииии! Котик, смотри какое платье.
- Ты же знаешь, это не так, - плюхаюсь рядом с ней на диван. – Ты мне нравишься любой.
- Милый, давай в выходные сходим в торговый центр, купим что-нибудь? Я попрошу маму посидеть с Кариной. Мне же не в чем ходить, ничего не налазит.
- Илоша, ты же знаешь, что деньги будут только к концу месяца. Потерпи немного.
- Ну вот, Ленке своей ты ни в чем не отказывал. Она, наверное, после и родов не поправилась? Или поправилась, скажи мне?
Я молчу, отворачиваюсь в сторону.
- Признавайся, она же двоих родила, наверное, была жирная, как бочка, да?
- Нет, она после родов почти не поправилась, - тихо говорю я и тут же жалею о том, что не соврал. Потому что Илона, заливаясь слезами, падает лицом в диванную подушку.
- Ну вот... Почему кому-то все, а кому-то – ничего! Ей и мужик богатый, и фигура, и алименты, а мне... Мне–то что? Я к тебе вернулась из-за границы, хотя могла бы выгодно выйти замуж, а ты...
Подкатываю глаза.














