Часодеи. Часовое сердце

 — Признаюсь, этот новый директор меня пугает. — Она взволнованно поцокала языком. — Представляешь, он практически не ведет документацию… Непонятно, чем он вообще занимается! Только мероприятия отменяет. Ну да ладно, — встрепенулась она, обнимая девочку за плечи. — Завтра мы с самого утра заявимся к нему и потребуем объяснить свое решение. Ишь ты! В первый раз слышу, чтобы в лагере спортивного праздника не было! Знаешь, а ведь я хотела поговорить с тобой. — Она с силой прижала Василису к себе и тут же отпустила. — Я не узнаю тебя! Ты стала очень уверенно держаться. В тебе появилась сила, напор, чувство собственного достоинства, а для выступлений это очень важно. Я думаю… — Не в силах говорить от волнения, она прижала ладони ко рту и покачала головой. — Нет, я уверена! Мы сможем попробовать тебя в следующих международных соревнованиях… И, кто знает, а вдруг я вижу перед собой будущую олимпийскую чемпионку?

Она похлопала Василису по плечу, и девочка поняла, что тянуть действительно больше нельзя. Кровь гулко застучала в висках, от волнения немного закружилась голова, а ноги и руки как будто перестали слушаться. С трудом она собрала остатки своей смелости в кулак и выпалила:

— Ольга Михайловна! Я вот что… мм… хотела вам сказать! В общем, я ухожу из гимнастики.

— Василиса, но ты же… Ты ведь это… — Тренер так растерялась, что не смогла подобрать нужных слов. — Ты ведь это шутишь так, да? После отмены этого праздника мы все так нервничаем.

— Нет, я так решила, Ольга Михайловна.

Некоторое время тренер смотрела на Василису с таким ужасом, словно у девочки все тело покрылось чешуей или выросли большие рога, как у оленя.

— Но как же так?! Василиса, ты не можешь уйти!

Девочка заерзала на диване, не зная, куда деться от неловкости.

— У вас есть Инга, Светлана, Ира… — опустив глаза, пробормотала девочка. — Они отлично занимаются… А я… Я просто не могу остаться.

— Но почему?! — провыла Ольга Михайловна. — Ведь есть же какая-то серьезная причина?

Василиса медленно кивнула.

— Я нашла дело, которое мне действительно нравится. Даже больше, чем гимнастика.

— Ты едешь учиться, да? — Тренер поджала губы. — За границу небось, на престижный факультет.

Девочка предпочла промолчать, от напряжения вцепившись ногтями в коленки.

— Василиса! — В один прыжок тренер вскочила с дивана. — Я прошу тебя — не спеши, подумай еще раз обо всем хорошенько. Ты ведь так хорошо идешь по программе! Поверь, уже первые международные соревнования приведут тебя к медали — ты станешь чемпионкой!

— Я нашла другое дело, — упрямо твердила девочка. — То дело, в котором я по-настоящему хочу быть чемпионкой.

— Но ты же столько отдала гимнастике! — не сдавалась тренер.