Часодеи. Часовое сердце

Между тем мужчина не спешил: он присел на корточки, что-то выискивая на земле, после чего поднялся, явно удовлетворенный осмотром.

Может, Алый Цветок должен вот-вот расцвести? А вдруг это уже произошло? Василиса припомнила слова Астрагора о том, что Часовой Ключ сам выбирает место и время, в которое необходимо попасть, чтобы все правильно понять и завершить временной цикл.

— Узнаю этот кинжал, — громко сказал мужчина, поднимая на девочку ясный взгляд светло-голубых прищуренных глаз.

Василиса оторопела от неожиданности. Вблизи Эфларус чем-то неуловимо походил на Астариуса, только выглядел все-таки помоложе.

— Ну, здравствуй, Василиса Огнева! — с усмешкой произнес он. — Ты все-таки пришла… Значит, я не ошибся.

— Вы меня что, видите? — изумилась девочка. — И знаете?!

— Конечно. Для моих ключников ты невидима, впрочем, как и я, потому что время давно остановлено… Видишь ли, Алый Цветок сможет прорасти только в безвременье и только в кругу из юных лиц. К большому сожалению, а может, и счастью, я давно уже не считаюсь юным. Поэтому сейчас мы с тобой просто наблюдатели и находимся как бы в стороне.

— Гм… А что такое безвременье? — поинтересовалась Василиса, уже слыхавшая это слово от друзей.

— Это часовое поле, в котором отсутствует Время как основная движущая сила. Представь себе котелок с кашей, в котором нет ложки. Посудина есть, каша есть, а наесться — ну вот никак нельзя. Понимаешь?

Несмотря на все еще бешено колотящееся в груди сердце, Василиса ответила довольно ровным голосом:

— Понятно… Значит, Алый Цветок прорастает только в тот момент, когда Время бессильно?

— Молодец! — довольно откликнулся Эфларус. — Ты умная и рассудительная девочка.

— Скажите, а откуда же вы меня знаете? — спохватилась Василиса.

— Наверное, ты уже догадалась, что встретилась с самим Эфларусом. — Он многозначительно подвигал бровями. Вышло очень смешно, и девочка невольно улыбнулась. — Я много путешествую по времени, уже видел тебя и знаю, что наши временные коридоры связаны между собой в некоторых существенных узловых точках. Другими словами, — поспешно разъяснил он растерявшейся Василисе, — у нас с тобой есть несколько общих дел… Итак, — торжественно повысил голос Эфларус, — на сколько же времени вперед я должен растянуть Временной Разрыв?

Василиса хлопнула глазами, с большим недоумением воззрившись на великого часовщика. Эфларус все больше походил на сбрендившего: разве не он должен знать о том, что сам же изобрел? Но Василиса решила быть вежливой настолько, насколько это будет возможно при такой странной беседе.

— Наверное, на сто часов?

— Я так и знал! — обрадованно воскликнул часодей. — Я это предчувствовал!

— Но разве вы не в курсе? — не утерпела Василиса.