Часодеи. Часовое сердце

Он без особого труда узнал Захарру — вернее, догадался, что это может быть только она.

— Ты что з-здесь делаешь?

Фэш, хоть и бежал, сильно промок и замерз, поэтому у него зуб на зуб не попадал.

— Он знал, что ты придешь, — громко, чтобы перекрыть шум дождя, произнесла Захарра. Мальчик не видел лица сестры, но по голосу понял, что она очень переживает.

И правильно делает — есть причины для волнения.

— Да, он не ошибся, как всегда… Мне нужно с ним поговорить.

За дождевой завесой Фэш все-таки разглядел лестницу: проход в замок был открыт.

Захарра молча развернулась и знаком попросила следовать за ней.

Астрагор сидел в своем излюбленном кресле с высокой узорной спинкой и рассеянным взором смотрел в окно, где продолжала бушевать гроза: тоскливо и страшно завывал ветер, бросая пригоршни капель в оконное стекло. В камине, сделанном в виде пасти золотогривого льва, Дух помешивал жаркие красные угли и молчал, еще больше нагоняя страх на Фэша — своего бывшего ученика, одного из лучших. Невольно взгляд мальчика перенесся на странную картину в золотой раме, расположенную чуть повыше камина: ее поверхность вновь была черной и абсолютно пустой.

— Значит, пришел навестить старика? — Астрагор шумно развернулся вместе с креслом к посетителю. — Как мило с твоей стороны, племянник.

Он сделал едва уловимое движение рукой: появилась низенькая табуретка для гостя. Но Фэш, неловко переступив с ноги на ногу, остался стоять.

— Я знаю, что это ты провел часовой мост для Василисы Огневой, — громко произнес мальчик. — Ты отправил ее так далеко в прошлое!

Астрагор прикрыл глаза. При свете огня кожа на его лице казалась похожей на старый коллекционный фарфор, испещренный сеточкой трещин. В который раз Фэш подумал, сколько же великому Духу на самом деле лет… Он бы не удивился, если бы год рождения дяди относился к эпохе самых первых Духов-часодеев.

— Невозможно самому пройти по стреле времени длиной в тысячу лет, — упрямо продолжил мальчик. — Я уверен, что это ты сделал."

"— Возможно, — неожиданно легко отозвался Дух. — Да, возможно, я немного помог. Но выбор она совершила самостоятельно. Проклятие ЧерноКлюча довлело над ней, и все же… Это ее судьба. Ты пришел сюда, а значит, понимаешь, что от судьбы далеко не убежишь.

Глаза Духа широко раскрылись, под ними пролегли черные тени, и Астрагор в упор посмотрел на племянника. Фэшу показалось, что он стоит на самом краю черной пропасти и вот-вот сорвется вниз.

— Я хочу, чтобы ты спас ее.

Астрагор сделал вид, что задумался.

— Это невозможно.

Фэш сглотнул подступивший к горлу комок. Он дал себе слово идти до конца. Он должен на это решиться.