Часодеи. Часовое сердце

 — Про его старших учеников… Ты ведь тоже был его учеником, да?

Нортон-старший резко поднялся и подошел к дочери. Он осторожно взял ее за подбородок.

— Значит, кто-то из Драгоциев проболтался? — сухо спросил он, внимательно следя за переменами на лице Василисы.

Застигнутая врасплох, девочка изо всех сил старалась смотреть отцу прямо в глаза.

— Я не знаю, про что ты, — едва дыша, прошептала она. — Просто Захарра говорила, что ты часто бывал у них в замке.

Нортон-старший мгновенно отпустил ее. Он коснулся часового браслета, явно кого-то вызывая. Спустя несколько минут в комнату вошли Норт и Дейла. Все это время отец с дочерью молчали.

— Я хочу, чтобы вы пожали друг другу руки. Теперь вы будете часто видеться. Поэтому больше никакой вражды.

Норт заставил себя посмотреть Василисе в глаза. В его взгляде она прочитала отражение собственной ненависти. Но отец ждал, и троица неохотно обменялась рукопожатиями.

— Очень рад, — процедил Норт, едва прикоснувшись к руке Василисы и при этом смотря в сторону.

Пожатие Дейлы оказалось еще быстрее и легче.

Василисе было все равно: она и так знала, что друзьями они никогда больше не станут.

— Ну а теперь все уходите.

Норт с Дейлой мгновенно исполнили его приказ, а Василиса, не желавшая оказаться в коридоре наедине с братом и сестрой, немного задержалась.

— Да, я был одним из старших учеников Астрагора, — вдруг продолжил отец. — И твоя мать тоже… Вот почему я хорошо его знаю. Вот почему советую быть настороже. Но главное — не вздумай сражаться с ним в одиночку. Не вздумай идти против него. Надеюсь, это и так понятно.

Он вышел первым, оставив девочку в полной растерянности.

Василиса уже не надеялась кого-либо застать в своей бывшей комнате, но увидела Захарру, продолжавшую сидеть на подоконнике.

— Ник ушел, — сообщила она, легко соскакивая на пол. — Его отец стремился поскорей уехать. Лазаревы передали, что свяжутся с тобой, как только появится возможность. Ник очень жалел, что не попрощался.

— Меня отец задержал, — пробормотала Василиса. Ей все еще было стыдно за свой недавний побег.

Захарра кивнула. И вдруг, с опаской оглянувшись на приоткрытое окно, она выудила из-под полы платья небольшой сверток, завернутый в плотную ткань.

— Алый Цветок расцвел, — прокашлявшись, начала она. — Эфларе больше ничего не угрожает, а у тебя, как я слышала от Фэша, завтра день рождения. Поэтому, — она таинственно улыбнулась, — я хочу сделать тебе небольшой подарок. На, только смотри, осторожно с ним…

— Спасибо! — Василиса приняла сверток и, замирая от любопытства, аккуратно развернула его.

Внутри лежало бледно-голубое яйцо размером чуть побольше куриного.

— Это яйцо луноптаха, — пояснила Захарра.