Часодеи. Часовое сердце

У тебя нет ни чести, ни достоинства. Ты готов бросить под ноги самое святое, что у тебя было.

— Ты взываешь к моей совести? — неожиданно рассердился он. — Так вот почему ты пригласила меня сюда — в наше потаенное место для встреч. Великие силы, как давно это было!

— Здесь мы провели много счастливых часов, — с грустью произнесла королева. — Когда были одной семьей.

— Не так уж много.

— Не так уж и мало!

Они помолчали.

Наконец Нортон-старший глубоко вздохнул, словно не решаясь произнести следующую фразу:

— Мне пора, Лисса. Прощай.

Она не ответила. Присела на берегу, начала перебирать камешки — черные, серые, коричневые, почти все — круглой обкатанной формы. Были среди них и синие — яркие, полупрозрачные. Нортон-старший, так и не дождавшись ответного прощания, развернулся и пошел в сторону водопада.

В тверди каменного утеса до самого верха была выдолблена узкая лесенка, идущая серпантином. Белая Королева подняла глаза и смотрела, как Нортон Огнев неторопливо взбирается по ней. Вскоре мужчина исчез за водяной стеной.

* * *На берегу небольшого лесного озера, среди зеленой травы и незабудок, сидела на одном из валунов женщина. На ней было простое белое платье, из украшений — тонкая серебряная диадема с камнем молочного цвета — знак королевского рода.

Неожиданно на полянке возник черный мерцающий вихрь, похожий на рой разозленных пчел, покружился над озером и замер перед женщиной, принимая очертания человека.

— Здравствуй, Белка! — насмешливо молвила новоприбывшая — женщина в длинном платье из мерцающих обсидианом частиц и с черной плотной вуалью на лице. — Не ожидала так скоро получить от тебя приглашение. Неужели материнский инстинкт проснулся?

Белая Королева стремительно шагнула к ней.

— Как ты смеешь говорить об этом? — Она сделала особое ударение на «ты». — Как можешь так открыто насмехаться? Ведь это же ты советовала отдать Василису Нортону на воспитание!

— И спасла тебя, — процедила повелительница лютов. — Иначе бы подданные растерзали свою повелительницу в клочья, ведь ты обманула их с даром камней настроения.

Белая Королева вздернула нос.

— Ты всегда любила обвинять меня, матушка.

— Ты захотела стать королевой фей, чтобы понравиться этому чудовищу. — Черная Королева презрительно хмыкнула. — И что в результате? Он бросил тебя ради своей единственной любви — власти. Власти и славы. Ради высокого статуса.

— Так сложилась судьба. — Голос Белой Королевы дрогнул. — Он не мог поступить иначе.

Женщина в черной вуали выпрямилась, словно ее сильно оскорбили.

— Если бы Огнев любил тебя, дурочка, — сказала она ледяным тоном, — то силой увез бы в один из своих замков. Далеко от всех — от меня, от Астрагора… Но он выбрал другое.