Час «Д»

Да пребудет с нами дух Доримана! Да направит Великий Дориман нас на единственно праведный путь, дарует силы, укрепит нашу волю, наделит ясностью взор и просветлит мысли!

– Отбеливатель купи, Плинтус, больше уже, боюсь, ничто не поможет, – тихо и зло посоветовала Элька. – А заодно и освежитель воздуха!

– И да придаст сил для борьбы с поддавшимися искусу разрушителя отступниками! Да будет прославлено имя Доримана в мирах! – возопил Авандус, потрясая костлявыми руками.

– Только бы снова петь не начали, а то я в голос завою, – едко шепнула Элька вору.

– Крепись, дорогая, а то услышат, решат, что это им божество отвечает, и по второму кругу весь концерт устроят! – зловеще намекнул Рэнд.

– О, только не это, – испуганно выдохнула девушка и поспешно замолчала.

– Пусть не смущает вас, братия, и не ввергает в гордыню присутствие на нашем Совете посланцев богов, ибо они тоже суть покорные исполнители воли Великих.

– Надо же! – изумился Рэнд и с требовательной обидой, словно обманутый клиент какой-нибудь «пирамиды», вопросил: – А почему мне об этом раньше не сказали?

– А никто, кроме Вантуза, не знал, – шепотом пояснила Элька.

– Начнем же Совет наш с обычным смирением и усердием, ибо если и есть сила, способная одолеть черное зло, то только в душах праведных она кроется, – провещал Авандус.

– Ну тогда вы, ребята, пропали, – вновь не удержалась от ехидного комментария девушка.

– Брат Ищущий Нома, что скажешь ты Совету об истекшей восьмидневке? – осенив себя знаком меча, со спокойным достоинством вопросил архижрец.

Тощий писарь навострил перышко и деловито зашелестел бумагой, готовясь вести протокол Совета."

"– Нет радости в словах моих. Продолжают поступать донесения из провинций о появлении все новых меченных проклятием, под черным крылом зла многие искусу поддались и душу Дракону Черному продали. Но утешьтесь, отступников находят прежде, чем успевает свершиться окончательное превращение, – по-военному четко начал докладывать один из типов в балахоне с мечом – жилистый мужчина с безразлично-жестким лицом и холодными, как бутылочное стекло, светло-зелеными глазами. – За восьмидневку истекшую Ищущими и людьми прочими способствующими, что бескорыстно Дориману преданы, двенадцать грешников сочтено. Четверо, тяжести греховной устрашившись по воле собственной, пересилив соблазны черные, отдались в руки братьев. Еще двое, не вынеся тяжести зла, на душу павшего, низменное малодушие проявили и нечистой сущности своей самовольно тела покинуть помогли. Прочие же шестеро в служении злу упорствовали, свое проклятие сокрыть пытались под видом немощи телесной, но тщетно. Разоблачены были по воле Доримана и преданы в наши руки. Семеро проклятых в кельи очищения уже доставлены, остальные в пути.