Чего хотят…
Если бы Витя Котов знал, что случайное падение на физкультуре закончится не только потерей сознания, то точно бы прогулял эту пару. Потому что, очнувшись, он неожиданно понял, чего же хотят окружающие люди. Причем прямым текстом. Ведь теперь он умеет читать мысли! О нет, о такой способности он совсем не мечтал. К чему знать чужие проблемы, когда своих собственных с каждым днем только прибавляется?
С Олежей хоть можно было нормально поговорить, в том числе и на всякие… интимные темы. Между нами ничего никогда не было, хотя я знал, что у Олега есть опыт с парнями. Мои же поклонники, когда узнавали мой пол, чуть ли не плевали мне под ноги и исчезали. Но были и те, кому показалось интересно пообщаться с мальчиком-трансом. Помимо моего психотерапевта, — при последних словах Валера как-то неловко усмехнулся. — Я даже не знаю, что еще можно рассказать. С возрастом все труднее притворяться девушкой. Сломался голос, да и прочее… Вряд ли отцу вообще нужен такой наследник, как я.
— Я даже не знаю, что на это все сказать, — действительно, столько всего нужно было переварить.
— Да, в этом моя слабость. Стоит найти слушателя, так сразу готов душу наизнанку вывернуть.
— Мне правда хотелось бы, чтобы… ты не потерял настоящего себя, что ли. Мне вот без разницы, как там тебя на самом деле зовут, мальчик ты или девочка.
— Спасибо, — искренне улыбнулся Валера, а затем вдруг положил голову на мои колени. — Эх, как же жаль, что ты не мой тип… много желающих…
— Кстати, — стараясь не заострять внимание на последней его мысли, я спросил: — А как же Женя? Он не знает?
— Нет! — воскликнул Бартович, а потом в мольбе сложил руки.
— Но так нельзя! Это обман. Он же думает, что Лера — девушка.
— Я знаю, — захныкал парень. — Но он такой классный, я просто не удержался, когда он сам предложил. Мне всегда больше нравились парни с крепким умом, чем с… накачанным телом. Думаешь, он сильно рассердится, когда узнает?
— Рассердится? Да как бы он в окно от шока не выпрыгнул.
— Ну… Может, все можно исправить?
— Как ты собир… — начал я, но осекся. В прошлом месяце и я считал, что гетеросексуален. Нет, конечно, Женек другое дело. Он типичный бабник. Именно это я и сказал Валере.
— Но, может…
— Никаких «но». Ты должен ему все рассказать, и чем скорее — тем лучше. Иначе закопаешься в своей лжи так, что потом не выберешься.
— Да, ты прав, — вздохнул Валера, а потом щелкнул меня по лбу. — А ты соображаешь. Если бы со своими проблемами мог разбираться так же, как с чужими…
— Проблемами? У меня нет никаких проблем, — непонимающе пожал плечами я.
— Ну-ну, — кажется, мне совсем не поверили. — Ладно, мы завтра с Жекой гулять собрались, тогда я ему и расскажу. Но в универ все равно надо будет ходить девушкой, а то не представляю, как к этому другие отнесутся. Кстати, у тебя какие на завтра планы?
— У меня — никаких. Поеду домой, приберусь, домашку сделаю, в комп поиграю.
— Да, бедняжка, все тебя кинули. Но порой побыть одному тоже важно. Можно поразмыслить о разных вещах.












