Чехов книга 8. Темный всадник

Дальше направились пешком. Улицы были чистыми, из домов тянуло ароматом сдобы. В палисадниках благоухал шиповник и красовались ухоженные клумбы с цветами. На многих лавках сидели старики в светлых рубахах с кульками семечек, которые они с удовольствием лузгали. Я подумал, что раз тут заботятся о старшем поколении, то не пропащие люди живут в городе. Словно прочитав мои мысли, Стас сказал:

- Как я понял, тут обитает дальняя родственница Двушкина. Та самая тетка, у которой живут его дочки. Я про них не спрашивал. Вот как раз у жандарма главного и узнаем."

"На площади собралось какое-то количество народу.

Они стояли перед парнишкой, который выволок к памятнику императора ящик из-под овощей. Забравшись на него, зазывала вещал о том, как славно будет уехать на заработки в дальние северные земли. Он заливал как прекрасно собирать ягоды, которые растут буквально под ногами, как здорово пасти оленей, которые до того ленивые, что и шагу не ступят без окрика и без лая собак. Еще он сочинял о коротком жарком лете и долгой мягкой зиме, при которой под снегом продолжают зреть ягоды. Кому-то из местных надоели эти сказки и в парнишку полетел первый помидор. Мне подумалось, что люди тут добрые. Ведь вполне могли бы запустить булыжник.

Парнишка понял, что его воззвания не увенчались успехом и решил сменить тактику. Вместо этого неожиданно предложил всем желающим отведать северного меда, который носят особые белые пчелы. И даже успел вынуть из кармана небольшую баночку наполненную чем-то светлым. Но народ тут был не так наивен, как пришлый надеялся. И в этот раз, среди нескольких гнилых помидоров оказались жесткие незрелые яблоки. И парень, соскочив с ящика, припустил прочь. А вслед ему понеслись недобрые обещания.

Заметив, что на нас тоже покосились с подозрением, Зимин сунул два пальца в рот и свистнул вслед рекрутеру.

- И не вздумай возвращаться, - прикрикнул он и потом обернулся к местным. – Хорошо вы его погнали. Сразу видно, что глупых здесь нет.

- А вы кто будете, люди добрые? – выступил вперед детина с рыжей вихрастой шевелюрой.

- Тимка, не лезь к господам, - шикнул на него косой мужичок, окинувший нас цепким взглядом. – Али не признал дворян? – а потом едва слышно бросил, - Этот громила вчера Кирюхе два зуба выбил.

- Один, - поправил его Стас. – Второй ему князь Шуйский высадил.

- Шуйский, - ахнула какая-то баба в красном платье и принялась осенять себя священным знаком. – Неужто нашего емператора родич?

При этом она с ужасом покосилась на меня.

- Это не он, - кривой с видом знатока приосанился. – У вчерашнего синяк под глазом должон остаться.

- Это всего лишь некромант, - успокоил их Зимин.

На площади воцарилась гробовая тишина, в которой явственно послышалось, как из рук собравшихся падают на мостовую помидоры и яблоки.