Черная ведьма желает познакомиться
Никогда бы не подумала, что меня, настоящую черную ведьму в тринадцатом поколении, шантажом заставят изображать невесту. И кто? Бывшая жаба! Вернее, наследник поместья, которому мне по чужой милости пришлось человеческий облик возвращать. Но разве может легко сдаться колдунья из знаменитого рода Нортон? И со своими, и заодно с чужими родственниками справится, и жизнь хозяину поместья разнообразит, даже если он этого совсем не желает. Главное… чтобы в конце все живы остались.
– Потому что я не совершаю безобразий, – прошептала я. – Если бы ты знал, сколько мне пришлось здесь у вас бесплатно наколдовать добра, то прослезился бы от моей щедрости!
– Уильям! – позвал его доктор Перри."
"Брент моментально выпустил мой локоть и с вежливой улыбкой обернулся. Профессор направлялся к нам в компании степенного господина средних лет с излишне заметной золотой цепочкой для часов, тянувшейся к карману жилета.
– Госпожа Дороти, как ваше самочувствие? – улыбнулся доктор.
– Лучше, чем у Эбби. Она сегодня никакая из-за жуткого похмелья.
Не знаю, было ли уместно упоминать хворь воспитанницы Флинта.
– Вот как? – замялся доктор, давая понять, что совершенно не уместно. – Уильям, позволь тебя познакомить с господином Гризли.
Я вперила в толстяка пристальный взгляд и напрямую спросила, не дав мужчинам и рта раскрыть:
– Ваш лакей поставил фингал нашему борцу со злом?
– Кому, простите? – поперхнулся сосед.
– Пастору Грегори.
– Дороти, – сквозь зубы процедил Уильям, незаметно подталкивая меня к лестнице, – ты, кажется, искала своего брата.
– Конечно, – одарила я мужчин очередной милой улыбкой.
Не представляя, где искать исчезнувшего Барнса, я кончиками пальца дотронулась до холодной стены, отрешилась от всего, что происходит в доме, и тихо позвала:
– Где ты?
Могу поклясться, что на первом этаже от замеченного пианисткой колдовского зова споткнулся измученный рояль. Нестройная мелодия снова заковыляла к окончанию, а у меня перед мысленным взором появилась плотно закрытая дверь и мохнатые мотыльки, мельтешившие возле зажженного ночника.
С первого взгляда было не разобрать, что дверь в хозяйские покои взломали, но замок оказался незапертым. Я тихонечко вошла. В тишине раздавались сдавленные ругательства. Нелепый любитель бабочек, как заправский медвежатник, вскрыл узкий несгораемый шкаф, стоявший в углу комнаты, и рылся в документах Флинта.
Услыхав шорох за спиной, вор замер и быстро оглянулся через плечо.
– Ты задержалась, сестренка. – Его голос звучал иначе. Исчезли неуверенные ноты.
– Что ты делаешь?
Он резко развернулся.
– Ищу драгоценности.
– Ты за этим приехал в Кросфильд? Чтобы ограбить хозяев? – Я изогнула брови.
На лице Барнса появилась странная улыбка. Он начал приближаться, медленно и с ленцой, вероятно, рассчитывая, что напугает сестру.
– А ты полагала, что я бабочек сюда приехал ловить? Зачем? Если главная бабочка сама себя поймала.
Вор протянул руку, пытаясь схватить меня за подбородок, и, недолго думая, я просто с размаху шлепнула его по пальцам. От удивления он по-глупому моргнул.

















