Черная ведьма желает познакомиться

– Ты правда так думаешь?

– Нет, но я пытаюсь тебя поддержать, – ухмыльнулась сестрица и послала мне воздушный поцелуй. – Как-нибудь в гости загляну в это твое поместье.

– Лучше оставайся в замке, – сдержанно отказала я в визите.

Две черные ведьмы в одном особняке – это почти колдовской шабаш, а старик Брент мне ничего плохого не сделал, чтобы впустить Брит и разнести дом на дощечки.

– Удачи! – прокряхтела кузина и абсолютно неженственно свернулась калачиком в камине.

Вспыхнуло колдовское пламя, и она исчезла, а следом внутрь полезла я, босая, растрепанная, со спящей крысой на руках. Разгромленная кухня и перепорченная утварь претили моему чувству прекрасного, но за окном занимался рассвет, и вряд ли Картер сумел бы объяснить очередной неожиданной мигренью отсутствие невесты за завтраком.

Но, как водится, если черной ведьме не везет, то во всем и сразу, глобально. Когда я переместилась в особняк и уселась на сложенные поленья, хотя из своего камина предусмотрительно вытащила их еще днем, то поняла, что ошиблась с покоями. Боясь вылезти из каминной пасти, с опаской оглядела комнату, окрашенную предрассветной сединой.

На кровати, зажав в сложенных на груди руках крест, сладко похрапывал пастор. Я так изумилась, что даже приподняла голову и немедленно тюкнулась затылком о прогоревший свод. И пока прикидывала, как бы перебраться через каминную решетку, не зацепившись длинным подолом за острые кованые пики, Дороти пробудилась от дремы и выскользнула из моих рук.

– Куда? Стой, дура! – Я бесполезно сжала кулак, пытаясь поймать беглянку.

Мелькая хвостом и лапами, невеста дернула под пасторскую кровать, а подо мной с оглушительным грохотом перевернулась каминная решетка. Наверняка от взрывоподобного шума вздрогнули даже лошади в конюшнях, а святой отец резко сел на кровати и осенил себя божественным знаменьем."

"– Помоги светлая Богиня пережить грозу! – пробормотал он и прямехонько уставился на меня, замершую в нелепой позе и во всей натуральной красе, то есть с кошачьими глазами и цветом лица, как у свеженькой утопленницы.

Тишина стояла такая, что звенело в ушах.

– Госпожа смерть, мое время пришло, или вы ошиблись комнатами? – громким голосом, как будто не бредил секунду назад со сна, спросил пастор.

Тут крыса выскользнула из-под кровати и уселась на видном месте, нахально умывая усатую морду.

– Я за ней! – ткнула я пальцем в сторону Дороти.

– Не за мной. Какое счастье… – выдохнул святой отец и без сознания рухнул на подушки. Едва он обмяк, как предрассветные сумерки разрезала яркая вспышка, и крыса снова превратилась в жабу.

– И не говорите, святой отец, – поддакнула я, подхватила невесту и тихонечко улизнула из пасторской спальни.

На свечах в особняке явно экономили.