Черная ведьма желает познакомиться

– У нее крепкое сознание, ноги и принципы, – уверил бабку Уильям.

– Выходит, кто-то умер в большом доме? – пошамкала губами та.

– Да, моя вера в приличных людей, – сухо отозвалась я и одарила Брента выразительным взглядом, – но если вы о хозяине, то он уже в храме.

– Принесли? – испугалась она.

– Сам пришел, – перебил наш странный разговор Уильям и подогнал: – Заходите, милая невестка, не стесняйтесь. И вы, бабушка, тоже проходите.

В народе ходило странное поверье, будто под черными ведьмами горела освященная земля, и Уильям с предвкушением ждал, когда я все-таки переступлю через порог. Поклонов, конечно, светлой Богини отвешивать никто не планировал, на нежности у нее имелись свои поклонники, но при входе я одарила статую скупым кивком – к идейным врагам нужно было относиться если не со сдержанным пиететом, но хотя бы с пониманием.

– Не боишься вербены? – тихо спросил Брент, когда при входе я окунула пальцы в чашу с ароматическим маслом из вербены, призванной отпугивать злых духов, одержимых и прочих зловредных типов из Пустоши темной Богини.

– Я тебе что, призрак девственницы? – фыркнула я и, как требовали храмовые традиции, дотронулась пальцами до лба. – Все утро пытаешься меня оскорбить.

– Вербены ты не боишься, храмовая земля под ногами не горит, молоко с кровью младенцев по утрам не пьешь, – принялся перечислять он, провожая меня под локоток к первой скамье центрального ряда. – О ведьмах вообще хотя бы какую-то правду говорят?

– Угу. О том, что мы ужасно мстительные. Особенно если в жару нас шантажировать потерей магической лицензии.

Когда я опустилась на лавку рядом с Флинтом, как раз под укоряющим взором мраморного изваяния, то дядька тихо спросил:

– Как тебе храм? Хорош для вашего с Картером обряда?

– Дороти придет в восторг, – согласилась я, задрав голову к высоченному своду с круглыми отверстиями. Сквозь них проникал солнечный свет, и статуя Богини стояла точно в перекрестье ярких лучей.

В детстве у нас с Брит и Томми была любимая забава – проникать в какой-нибудь храм подальше от замка Нортон (перемещение в дом пастора через камин было обязательным пунктом приключения) и устраивать мелкие безобразия. Мы заколдовывали цветы для подношений, чтобы венчики распространяли запах нечистот, заговаривали вербенное масло в ритуальных чашах, и оно начинало светиться – сидят люди на лавках, а у них во лбах горят отпечатки пальцев. Однако любая шалость рано или поздно подходит к концу. Нас поймали и без права на помилование сдали бабке Примроуз. Глава клана прочитала длинную нравоучительную тираду об уважении к идейному врагу, а в качестве закрепления полученных знаний припечатала вымоченными в соли розгами. По десять раз каждому, по мягкому месту.