Черный дембель. Часть 3 (СИ)

Теперь ухмыльнулся я.

— Послание для тебя, Артурчик.

Торопова вскочила с лавки, подошла к Артуру, посмотрела ему через плечо.

— Артурчик, — прочла она. — Жду тебя на концерте.

Наташа нахмурила брови.

— На каком это концерте она тебя ждёт? — спросила Торопова.

Наташа подпёрла кулаками свои бока.

— Не она, а он, — сказал я. — Ты на подпись внимательно посмотри.

Наташа снова склонилась над открыткой и по слогам прочла:

— Вы-соцк…

Посмотрела на меня.

— Что ещё за Высоцк? — спросила она.

— Высоцкий, — выдохнул Артур.

* * *Письмо от Анастасии Бурцевой я прочёл вечером, когда ушли Котова и Торопова. Настя подробно описала, как доехала до Москвы, и чем занималась последующие дни. Призналась, что дома её «скучать не приходилось»: отец «раздобыл» для неё книги по философии на английском и на немецком языке. А ещё она поведала в письме историю появления на открытке автографа Высоцкого. Рассказала, что актёра она встретила в Венгрии, куда летала вместе с отцом. Сообщила, что «поболтала с Володей» в доме офицеров, пока её папа «разбирался с делами». Она рассказала Владимиру Семёновичу в том числе и о том, что встретила его поклонников в пансионате «Аврора». Взяла у Высоцкого автограф для Артурчика: уже тогда представила, как удивится и обрадуется Прохоров такому подарку."

"Письмо я перечитал трижды. Потому что Бурцева писала грамотным, но очень уж «заумным» языком. Её рассказ изобиловал красочными, но сбивавшими с толку оборотами и описаниями. Едва ли не в каждом абзаце встречались цитаты философов и классиков советской и российской литературы. Выдержано послание студентки филфака МГУ было в слегка высокопарном стиле, словно послание пушкинских времён. Я так точно и не определил: призналась мне Настя в любви, или же она прислала мне написанное в своеобразной манере сочинение на тему «Как я провёл лето». Мой младший брат поинтересовался: «Что пишет?» Я сунул ему в руку первый лист письма. Кирилл не осилил его полностью — вернул мне. Я подумал, что если бы Кир не был комсомольцем — он бы перекрестился.

Ответ для Бурцевой я написал в тот же вечер. Он поместился на две страницы. Подумал, что Настин папа его бы оценил. Предложения в моём письме походили на приказы военных: коротко и по делу. В подобном стиле я раньше раздавал задания подчинённым. Только на этот раз я использовал в тексте лишь те слова, которые разместили в своих словарях Ожегов и Даль. Придерживался «дворового пацанского» стиля, обошёлся без красочных цитат. Сообщил Анастасии, что у меня всё хорошо. Признался, что тоже не особенно скучаю дома: пью водку, гоняю на мотоцикле, дерусь с «городскими» мужиками. Рассказал Бурцевой, что ел вчера на завтрак, на обед и на ужин.