Черный Арагац

 — Полковник покачал головой и заметил неодобрительно: — Знаете, я с удивлением узнал, что в 1866 году, когда его гроб доставили на железнодорожную станцию Дон, его не стали везти на дрогах в Нахичевань, как обычно, а в видах оказания особых почестей перегрузили на пароход, причаливший к берегу с траурными гудками. Гроб и дальше плыл до центральной площади и стоящего там храма Григория Просветителя, но уже не по воде, а по воздуху — это люди несли его на руках. Весь путь от пристани до церкви был устлан коврами и дорожками. Представляете? Покойного встречали городской голова и почтенные старцы.

Но и этого местным жителям показалось мало! Налбандяна решили похоронить в монастыре Сурб-Хач, что в семи верстах от Нахичевани. А ведь он чинов не имел и священником не был. Форменное безобразие, скажу я вам! И на следующий день армяне на плечах понесли усопшего до монастырского кладбища все семь вёрст! Колокола звонили не переставая. Говорят, скорбная людская река тянулась от Нахичевани до монастыря. А ведь иной доживёт до почтенной старости, преставится, а на погост и нести некому.

— Жизнь, надобно признать, у него была хоть и короткая, но удивительная. Вольнослушателем он посещал медицинский факультет Московского университета, но врачом не стал. Помешало увлечение литературой в журнале «Северное сияние», который выходил на армянском языке. Налбандян сдал экзамены на звание кандидата словесности и написал диссертацию «Об изучении армянского языка в Европе и научном значении армянской литературы»… Он исколесил множество стран, но монахом не был, хоть и собирался когда-то стать священником. Гуляка и охотник до хорошеньких актрис, певиц и танцовщиц.

— Простите, но на чьи деньги он жуировал?

— Налбандян из очень бедной семьи, но ему помогали друзья — армянские купцы из Нахичевани, Санкт-Петербурга и Москвы. К тому же он постоянно вращался в кругах богатой армянской интеллигенции, читал свои переводы с иностранных языков на армянский, и многие с радостью ассигновали ему немалые суммы. Знаете, я бы не стал копаться в его жизненных перипетиях, если бы не особые обстоятельства, — вымолвил статский советник и, затушив папиросу, спросил: — Флавиан Николаевич, вы слыхали о его приключениях в Калькутте?

— В Калькутте? — насторожился полковник.

 — Нет.

— Жаль. А ведь почти три десятка лет бюджет Нахичевани пополняется благодаря денежным переводам из Индии. Последние годы платежи идут через Азово-Донской коммерческий банк, в котором градоначальство Нахичевани держит счёт[43]. Насколько мне известно, именно на эти средства в городе вымощены улицы, проведён водопровод, построены школы, больница и открываются приюты.