Черный меч царя Кощея

— А ты ещё не догадался, ищейка участковая? — Кощей подмигнул порозовевшей Яге и постучал себе по лбу. — К женскому полу он слабость имеет. Не задаром же невест себе крадёт? И ест-то не сразу, а тока как наскучит дурында синеокая слезами да ласками…

— Допустим, — вынужденно согласился я, вспоминая слова Орла. — Хотя это заставляет серьёзно задуматься о том, какие у него комплексы.

— Да, поди, как у всех мужиков, — окончательно смутилась глава нашего экспертного отдела. — Уж я-то энтих комплексов, прости господи, навидалася-а… Как кто к избе ни подъедет, сразу — накорми, напои, в баньке выпари да спать уложи! И, главное дело, в мою же постелю со своими комплексами тычутся! Тьфу, срамота-а…

Я почувствовал, что разговор уходит в другую плоскость. Кощей, видимо, тоже, поскольку привстал, щёлкнул плюснами, и по его приказу безмолвные слуги быстро накрыли для нас невысокий круглый столик на колёсиках.

— А ну жрать, ищейки милицейские. — Подчёркнуто ласковый тон гражданина Бессмертного резко контрастировал с его словами. — Не боись, не потравлю, покуда сие не в моих интересах.

Я посмотрел на Бабу-ягу. Она, не раздумывая, развела руки над блюдом с рыбным пирогом, миской красной икры и кувшином пива.

— Навродь чисто. — Бабка на всякий случай перекрестила еду. Вверх взлетело чёрное облачко пыли. — Ага! Заместо рыбного пирога пирог с мертвечиной нам подсунул, морда бандитская…

Повинуясь невнятному импульсу, я поднял тарелку с печевом и надел её Кощею на голову. Моя домохозяйка только охнула, хватаясь за сердце…

— Ох и приятно же с тобой дело иметь, Никитка-участковый, — широко разулыбался Кощей Кирдыкбабаевич и ещё раз щёлкнул пальцами. Подбежавшие слуги протёрли его череп до зеркального блеска и быстренько заменили нам обед. Теперь наша эксперт-криминалистка только удовлетворённо кивнула — есть можно, всё кошерное.

— И Митю расколдуйте, пожалуйста.

Гражданин Бессмертный встал, раздражённо передёрнул плечами и что-то пробурчал, не разжимая зубов, после чего без объяснений покинул комнату. Наш младший сотрудник хлопнул глазами, чихнул и, не задав ни одного вопроса, набросился на пирог!

— Изголодался, бедненький, — всхлипнула бабка.

— И не подавится, — завистливо поддержал я.

— Ой, — опомнился Митяй, когда на большой тарелке не осталось ни крошки. — Чёй-то увлёкся я, да? С товарищами верными не поделился, гадом себя показал, толку от меня никакого, только деньги на прокорм сквозь карман улетают. И нет мне ни дна ни покрышки?

Мы с Ягой переглянулись и кивнули.

— Стыд-позор маменьке на деревне, раз такого сына беспутного произвела! Чё уж тут скажешь, правы вы, все правы, я один, сиротинушка, горькой судьбой вдоль хребта ошарашенный, во всём виноват.