Черный мятеж

 – Ты что же, парень, думаешь, что я отсюда и не вылезала? Побывала я и в Париже, и в Амстердаме, и в Лондоне.

– Так вы путешественница, – прищурился Мазур. – Похоже, что жизнь у вас была интересной.

– Что значит была? – воскликнула тетка. – Ты что же, хочешь сказать, что я уже со счетов списана? Ты думаешь, что перед тобой старуха?!

– Ну что вы, – развел руками собеседник. – Вы женщина в самом расцвете…

Веселая спутница его забавляла.

– Ну то-то же, – смилостивилась африканка. – Жизнь и правда у меня интересная! Я вижу, ты парень бывалый, повидал много чего. Да и меня жизнь такому научила, чего ты и представить себе не можешь.

Она на мгновение отвернулась от него, боковым зрением заметив выбоину на дороге величиной с небольшой марсианский кратер. Африканка скосила на Мазура голубоватые глаза и после некоторого молчания спросила:

– Куда тебя везти?

– Мне нужно в блокпост миротворческих сил. Знаете, где это?

Ответом ему стало короткое хмыканье и очередной скоростной рывок джипа.

– Я знаю все в Лагосе. Меня зовут Большая мама. И весь Лагос знает меня.

– Очень приятно, Большая мама. Так вы давно за рулем?

– Не помню, лет с десяти, наверное, или с восьми. Я над такими мелочами не задумываюсь. У меня, знаешь, есть дела поважнее.

– Не слабо! – искренне удивившись, ответил легионер.

– Да, моим родителям не было до меня никакого дела, за что им большое спасибо. Я всегда делала то, что хотела. А хотела многого, и водить машину в том числе.

Мазур улыбнулся. Если на протяжении одного разговора кто-то в Лагосе заставлял вас улыбнуться три раза подряд, то был шанс – перед вами неплохой африканец.

Весело болтая, они быстро продвигались по дороге. Большая мама успела расспросить его практически обо всем. И о службе, и о родных, и о женщинах. Проникшись симпатией к немногословному попутчику, она хлопала его по плечу с силой, способной, наверное, остановить бегемота.

«… в горящую избу войдет», – вспомнились ему строчки из школьного стихотворения."

"– Я вижу, ты парень хороший, – сказала, хлопнув его по плечу в сотый раз, африканка. – Большая мама тебе плохого не посоветует. Я ведь, знаешь, кроме всего прочего, и людей лечу, травки собираю.

– Это я уже понял, – кивнул Мазур.

– Да? Ну и отлично. Подержи-ка руль.

С этими словами, передав попутчику управление машиной, она отвернулась и, взяв на заднем сиденье огромную сумку, принялась копаться в ней, что-то напевая под нос. Мазур с улыбкой поглядывал на нее, следя за дорогой. Наконец она что-то нашла в недрах сумки и повернулась к нему.

– Вот, смотри, – протянула она пакетик. – Эта травка называется… а впрочем, какая тебе разница – все равно не запомнишь! Пучок травки, положенный в карман, – и все девушки твои. Травка непростая, поверь мне.