Черта с два !

После этого, придвинув тумбочку к входной двери, чтобы нельзя было бесшумно проникнуть в квартиру, мы занялись делами насущными: я приготовила настоящий обед, а Дениса отправила мыться. Он немного посопротивлялся, но подчинился, а я поздравила себя с наличием педагогического таланта. Потом в ванную отправилась я, испытывая при этом чувство, близкое к блаженству. Мы плотно поели, Денис, лежа на диване, стал рассматривать мои рисунки и вскоре уснул. А я заварила кофе и, устроившись в кресле, тоскливо смотрела в окно. Проклятый вопрос вернулся.

Что делать? Уехать... пока все само как-нибудь не образуется? А мальчишка? Взять его с собой? У него, в конце концов, есть мать, и не век она будет в этом своем запое. Надо ей все объяснить и увезти мальчика... Куда? И как долго предстоит прятаться? У меня работа, Денису через месяц в школу... Впору начать кусать пальцы и хныкать...

Тут мои мысли вернулись к обыску в квартире. Что могла искать у меня милиция? Доказательства похищения ребенка? А может, им просто положено проводить обыск, если человека разыскивают в связи с каким-то преступлением? Ничего по этому поводу я достоверно не знала и тяжко вздохнула. А если допустить, что это не милиция вовсе, а эти неизвестные типы? Кстати, их заметно прибавилось: среди четверки с ""мерса"" ни Васи, ни его дружка не было. Неужели Денис прав и в милиции доверять никому нельзя? Стоп, а чего ж они тогда испугались милицейской машины? Не испугались, а притормозили, зато те, что в этой машине сидели, сразу же стали нас преследовать. Как я должна это расценить? Голова кругом... Я вновь оглядела комнату, и тут ожил мой внутренний голос. Вечно суется, когда не спрашивают.

""Искали у тебя пленку, вот что. Ту самую, что в тайнике лежит. Ты со всеми этими несчастьями про нее забыла, а зря. Что-то в этой самой пленке есть. И Андрея скорее всего из-за нее убили. Если это так и он перед смертью сказал, где пленка, тогда все сходится...""

Ничего не сходится. Если б сказал, эти типы явились бы ко мне в тот же день. Тогда так: Андрей сказал, что пленка у девчонки и она должна ее вот-вот принести. Они могли поверить или не поверить и продолжали настаивать. Врезали ему, он упал, ударился головой и умер. А тут являюсь я. Проще всего было бы предъявить мне удостоверение и конфисковать пленку, но ведь тогда меня пришлось бы тоже убить, а они все-таки милиционеры, и им этого не хотелось. Пока они прикидывали, что да как, я сбежала. Вот тогда они стали меня искать и, как на грех, нашли. Точнее, это я сама себя нашла, разболтав все в милиции. Они каким-то образом об этом узнали и поспешили со мной встретиться, а между делом и Степаненко в больницу определили, чтобы, значит, концы в воду...

- Тебе бы детективы писать, - хмыкнула я.