Мой муж вне закона

Грузит в багажник, коротко целует меня в висок и причитает, что я не сдержала своё обещание. По этому поводу он накажет меня уже ночью. Произносит это с таким серьезным лицом! А у меня внутри так тепло и хорошо становится! Я ведь никогда не думала, что у нас с ним что-нибудь получится. Была уверена, что Леру он мне не простит… А сейчас смотрю и понимаю, что мы смогли, сумели. Мы двинулись навстречу друг другу маленькими шагами и уверена, что будем двигаться и дальше.

По дороге к дому Илюша вновь начинает капризничать. Он голоден. В последний раз я кормила его в клинике после полного обследования. В комнате матери и ребёнка стояло удобное кожаное кресло, в котором я сидела, откинувшись на спинку словно королева."

"Мне немного неловко кормить сына в машине. Сегодня за рулём водитель, а Муратов сидит в качестве пассажира на переднем сидении. Приподняв кофту, расстегиваю специальный бюстгальтер и прикладываю Илюшу к груди.

Нас легонько подкидывает – автомобиль сворачивает с загородной трассы в сторону коттеджного посёлка. Отсюда ехать километров пять. Не больше.

Илюша успокаивается у груди и начинает активно причмокивать, хмуря бровки совсем как папа, когда на чём-то сосредоточен.

Затем машина едет плавно и быстро, я смотрю на сына и поглаживаю его щёчку, совершенно не ожидая того, что в какой-то момент водитель так резко даст по газам.

Я вскрикиваю, потому что едва не роняю сына. Руки дрожат, сердце колотится. Илюша пугается и снова начинает плакать. Я всматриваюсь в темноту за окном и не могу понять, что случилось. Возможно, на дорогу выбежала собака?

Всё происходит в считанные секунды и напоминает мне кадр из очередного кошмара. Андрей громко ругается и достает оружие, которое всегда висит у него под пиджаком. Проверяет заряжен ли он, снимает предохранитель и берётся за ручку двери.

- Андрей! – вырывается из меня с визгом. – Андрей, что происходит?!

Муратов поворачивается ко мне лицом. Смотрит спокойно и выдержано. Наверняка внутри него творится ураган, но я знаю, что своим видом он пытается меня утешить.

- Нина, послушай меня, пожалуйста, и попытайся не нервничать, - после моего кивка он продолжает: - Водитель отвезет вас в другое место – более безопасное. В наш дом нельзя. Какое-то время нам придется побыть отдельно.

Из груди вырывается странный звук, похожий на скулёж раненой собаки.

- Это ненадолго, клянусь, - заверяет меня муж, продолжая смотреть в глаза. - Я позвоню, как только смогу.

- Андрей! Андрей, пожалуйста, останься! – перекрикиваю раздирающий душу плач ребёнка.

Илюша словно чувствует, что происходит что-то плохое. Отрывается от груди и начинает истошно кричать.

Я пытаюсь ухватить мужа за рукав пиджака, но Андрей открывает дверцу автомобиля и впускает в салон прохладный вечерний воздух.