Мой муж вне закона

***

Моё тело деревенеет, когда я слышу за дверью неторопливые шаги. Они стают такими отчётливыми, что сомнений нет – идут именно к нам.

Я отстраняюсь от Андрея и учащенно дышу, словно после многокилометрового марафона. Служебное помещение освещается тонкой полоской света, Андрей кивает мне в знак того, что всё нормально. Свои. Я выдыхаю и стою, прижавшись к стене, пытаясь понять о чём разговаривает мой муж с невысоким, но коренастым мужчиной.

- Андрей Вячеславович, нужно возвращаться.

Муратов бросает взгляд на наручные часы. Мы недолго были вместе, не больше десяти минут, но его и правда заждались в зале.

- Есть новости, Коля?

- Фирсов спрашивал про вас у Звягинцева.

Я делаю глубокий вдох и пытаюсь унять зашкаливающий пульс. Меня преследует неприятное ощущение того, что этот вечер пройдет не по плану.

Хаотичными движениями ищу в сумочке телефон и набираю сообщение Евгении. Она отвечает тут же, словно всё это время держала мобильный в руках: Илюша выкупан, накормлен и сладко спит. Я прошу прощения у няни и сообщаю, что немного задержусь. Она, конечно же, не против, но на всякий случай в конце сообщения желает удачи.

- Наташу он отшил. Не стал разговаривать даже, - произносит Коля. – Не знаю, если ли резон толкать её ещё?

Мужчины сбавляют тон, и я перестаю слышать разговор вовсе. Кажется, речь идёт обо мне. Андрей тяжело решается, но Николай его упрашивает и лично гарантирует мою безопасность. Он обещает, что ни один волосок не упадёт с моей головы.

- Хорошо, - рычит Муратов, меря шагами комнату. – Хорошо, попробуем.

Он быстро выходит за дверь и направляется в зал, даже не взглянув на меня. Ему сложно, но и мне не легче. Основные события ещё только начинаются, а я уже жажду их окончания, желательно с благоприятным исходом, при котором мы оба вернемся домой к сыну. Если не дай бог с Андреем что-то случится, то вдову с многомиллионным состоянием и прибыльным бизнесом тоже не оставят в живых. Все конкуренты, товарищи и компаньоны словно коршуны слетятся на слабую беззащитную добычу. Особенно такие как Фирсов. В этот вечер нам придется очень сильно постараться, чтобы его ликвидировать. Это противоречит всем моим жизненным установкам, потому что я по-прежнему считаю убийство страшным грехом. Но если не мы, то нас. Этим законом я заранее оправдываю все свои будущие действия.

Я получаю от Николая несколько коротких инструкций. Запомнить их в такой стрессовой обстановке сложно, но я пытаюсь и беззвучно повторяю губами всё, что он говорит.

Атмосфера в зале расслабленная и дружеская, с минуты на минуту объявят сумму пожертвований для детей-инвалидов. Иногда мне кажется, что благотворительный вечер – это не о помощи, не о сострадании и вовсе не о жалости.