Читай по губам...

— Раньше я не был в этом уверен.

— Почему? И почему ты так странно себя вел? Мог просто поговорить со мной и спросить не были ли мы раньше знакомы.

— С тобой не получается просто, — Реми сильнее пальцами сжал мой подбородок и немного ближе притянул к себе. — Рядом с тобой голова болит и хочется тебя больше никогда не видеть. Еще почему-то я часто чувствую сильную злость по отношению к тебе, но в тот же момент мне какого-то черта хочется забрать тебя и спрятать от всего мира.

Мне почему-то стало неловко от его последних слов и я только сейчас поняла, в какой неоднозначной позе мы находились, но, прежде чем я успела отстраниться, Реми посмотрел мне в глаза и спросил:

— Ты говорила, что тебе дорог тот человек, который подарил тебе эту цепочку. Ты как-то сказала, что любишь его. Это так?"

"Я не успела ничего ответить, так как в это мгновение кто-то постучал в окно машины и мы, обернувшись, увидели месье Леграна.

Мужчина выглядел очень бледным и он явно с огромным трудом спустился с пятого этажа, но, все же, Легран тут же прерывистым и еле слышным тоном отчитал Реми за то, что он настолько грубо отнесся ко мне.

В ответ, парень отчитал мужчину за то, что он один спустился на улицу.

— Ты мог упасть на лестнице, — Реми злился, но было видно, что это от того, что он волновался за месье Леграна.

Я же отчетливо заметила волнение в глазах мужчины и, безмолвно качнув головой, дала ему понять, что пока что ничего не рассказала Реми.

Поскольку месье Леграну было не совсем хорошо, Реми пошел помогать ему вернуться обратно в квартиру, а я последовала за ними.

— Можно же я опять зайду к вам в гости? — спросила у Реми. Он молча кивнул.

Когда мы оказались в квартире, Реми отвел месье Леграна в его комнату и дал мужчине лекарства, а я, попросив зарядку, подключила к ней телефон. Потом пошла на кухню и заварила чай, который разлила на три чашки.

Немного позже мы с Реми сидели на кухне вдвоем. Пили чай и разговаривали.

— Мы с тобой были знакомы только три месяца, — сказала ему. — И это было шесть лет назад. Мы тогда вдвоем находились в одном лагере.

— И за это время я стал для тебя дорогим человеком? — Реми приподнял бровь. Он как раз пил чай, который я заварила парню.

— Кроме тебя со мной никто не дружил и, да, мне с тобой было невероятно комфортно.

Я немного рассказала про лагерь, но, естественно, умолчала о том, что произошло в конце лета.

— А ты помнишь хоть что-то про свою биологическую семью? — решила спросить.

— Нет.

— А хочешь узнать?

— Я и так все знаю.

— Правда? И кем были твои родители?

— Теми, кого я не хочу вспоминать.

Я нахмурилась, но не стала продолжать этот разговор, ведь почувствовала, что Реми не даст этого сделать.

Оказалось, что месье Леграну после лекарств нужно поесть, а в холодильнике была лишь каша.