Читай по губам...

— Какой именно? И ты купила продукты?

— О… Нет, оказалось, что я забыла дома кошелек.

— Где же ты тогда была весь день? Еще и на звонки не отвечала.

По мере продолжения нашего разговора взгляд Доминика мрачнел. Я же отстранилась и, быстро накинув на себя блузку, вышла к маме в коридор. Быстро поговорила с ней и пообещала, что скоро выйду в гостиную, после чего вернулась в свою комнату и обратилась к Доминику:

— Ты хочешь есть?.. — не договорила. Моно подхватил меня на руки, после чего перекинул через плечо. — Нет-нет-нет, — прошептала, испуганно цепляясь за его ветровку. — Поставь меня на пол. Слышишь? Я сейчас упаду.

— Не упадешь.

Доминик вынес меня из спальни, а я тут же спросила:

— Куда ты меня несешь?

— Домой.

— Подожди… Поставь меня обратно на пол…

Я думала, что сейчас мама точно увидит нас, но, наверное, она уже вернулась в гостиную. Моно донес меня к входной двери и там из шкафа достал мое пальто, которое накинул на меня. В свободную руку взяв мои сапожки, он небрежно открыл дверь.

— О, боже… — прошептала нервно и на выдохе. В таком положении спускаться по лестнице было особенно страшно. Мое сердце колотилось словно обезумевшее и я уже до онемения в пальцах цеплялась за Доминика.

Моно вынес меня на улицу и уже вскоре усадил на переднее пассажирское сиденье своей машины. Хотел обойти ее, чтобы сесть за руль, но я сжала воротник его ветровки и, привстав, значительно сокращая разделяющее нас расстояние, практически ему в губы зло сказала:

— Я же просила больше так не делать…

Вновь не смогла договорить. Моно набросился на мои губы с первых же секунд буквально истязая их и прогоняя по телу разряды тока. Взвинчивая мысли и заставляя дыхание сбиться, а тело гореть. Собой прижимая к сиденью, так, что я ощутила его вес, сталь напряженных мышц и запах парня, который дурманил. Практически сводил с ума.

— Доминик… — простонала, ладонями упершись в его торс, но парень сжал мои запястья и прижал их к сиденью по обе стороны от моей головы, таким образом полностью раскрывая меня перед собой и спускаясь поцелуями к шее. Покусывая кожу, истязая ее губами и языком. Оставляя покраснения и заставляя вовсю трепетать. Извиваясь дрожать. Теряться и тонуть в жаре, а так же в электрических разрядах.

Поэтому, когда Доминик отстранился, возникло ощущение, что меня облили холодной водой. Перед глазами все еще плыло, но, несколько раз моргнув, я увидела, что Моно окинул жестким взглядом улицу, на которой изредка появлялись прохожие. Он выругался и уже вскоре сел за руль, после чего машина резко двинулась с места.