Читай по губам...

Примерно полчаса я провела около кабинета декана, ожидая пока Доминика отпустят. За это время узнала, что Гийому вызвали скорую и увезли в частную больницу. Кажется, его состояние не было слишком критичным, но все же парню нужно было в неотложку.

Когда Доминик вышел из кабинета, к нему тут же подошло несколько парней, которые, так же, как и я, ждали Моно. Они перекинулись несколькими фразами, после чего Доминик пошел в мою сторону.

— Что сказали? Тебя накажут? Хотя бы не исключат? — взволнованно спросила, до побелевших костяшек сжимая в ладонях рюкзачок.

— Все будет хорошо, — Доминик взял меня за руку. Даже от этого прикосновения тело пробило диким трепетом, но сильную взволнованность он убрать не смог.

Моно потянул меня за собой и мы вместе пошли к холлу.

— У меня такое впечатление, что ты сейчас пытаешься успокоить меня, как маленького ребенка, но, на самом деле все куда хуже, чем я могу предположить.

— Не накручивай себя.

Мы вышли на улицу и я, постоянно посматривая на Доминика, думала о том, что и правда до жути соскучилась по нему, но, с другой стороны, сознание жгуче бурлило и, как только мы сели в машину Моно, я сказала:

— Я очень сильно зла на тебя.

Доминик на это никак не отреагировал. Завел машину и уже вскоре мы выехали из парковки, а я скрестила руки на груди и посмотрела на парня прожигающим взглядом. Уже теперь начинала еще сильнее злиться.

— Ты толком не отвечаешь на мои сообщения. Я смирилась с тем, что ты не мог делать этого, так как был занят работой, но ты мог хотя бы предупредить о том, что вот-вот приедешь, а еще, перед тем, как улететь, ты мог сказать о том, что оставил за мной слежку.

Я испытующе посмотрела на Доминика, но добилась лишь молчания.

— Ты невыносим, — я отвернулась и посмотрела на дорогу. — Еще и эта драка с Гийомом. Тебя же, действительно, могут исключить из Сорбонны. Почему ты об этом не подумал?

Моно сдвинул брови на переносице, но ничего не сказал, а я, зло прищурившись, показательно отвернулась.

Возвращение Доминика я представляла вообще иначе, но, по итогу, мне сейчас с ним даже разговаривать не хотелось. Обида очень сильно возросла.

Как только мы приехали домой, я показательно вышла из машины и направилась к крыльцу.

Раз Доминик не разговаривал со мной, значит, я не буду разговаривать с ним.

С этими мыслями я поднялась на второй этаж. Пока Моно парковал машину, я сняла пальто и, взяв из шкафа домашнее платье, пошла в ванную комнату. Там разделась и быстро приняла душ, после чего спустилась на первый этаж.

Обида все так же жгла сознание и я не собиралась разговаривать с Домиником, но так же я не могла оставить его голодным. Поэтому намеревалась приготовить что-нибудь и, оставив еду на столе, пойти заниматься конспектами.