Что в имени тебе моем...

У него пересохло во рту от волнения, он ждал. А девушка несмело протянула руку и коснулась его:

— Кто ты, прекрасный, юноша. Скажи мне свое Имя?

— Что в имени тебе моем, — светлый знал, что истинный его вид испугает и ослепит девушку, — Зови меня Лейон, Лей.

Она смотрела в его золотистые глаза, утопая в них:

— Лейон… Лей… Как красиво…

И погладила его по груди.

Сердце светлого готово было выпрыгнуть, он задохнулся.

Так вот оно как, когда рядом дочерь человеческая… Ему приходилось раньше слышать о некоторых таких же, как и он, сынах Создателя, что они брали в жены дочерей человеческих.

Он тогда не понимал их, а сейчас… Сейчас он погрузился с головой эти невероятные ощущения, что дарило ему ее присутствие. Янсиль взяла себя в руки и отошла, а светлый словно осиротел, потянулся к ней всей своей сутью.

Оказывается, духи влюбляются точно так же, как и люди.

— Ты ведь приходишь ко мне каждый день, Лей?

— Да…

— Я люблю, когда ты приходишь, ты приносишь свет…

— Да…

К себе Лейон вернулся переполненный распиравшими его чувствами, он так и не смог заснуть. А завтра с утра хотел найти Дага, чтобы рассказать ему, что это такое… когда так чувствуешь…

Он не мог найти слов.

* * *В тот вечер во дворце произошло еще несколько важных событий.

Делегация из Фивера, которую поселили на нижнем уровне дворца, в той части мужской половины, что предусмотрена для почетных гостей, имела в своем составе того самого колдуна. И теперь Баллерд дал ему задание внедриться во дворец:"

"— Грофт, что хочешь делай, но я должен знать, что здесь будет твориться, постоянно. К кому ты там обращаешься, мне безразлично. Чтобы до утра все было сделано.

Вельможный князь закончил свою речь и махнул рукой, отпуская колдуна, а сам предался мыслям.

Да, он наследник своего брата, да у того нет сыновей, и он позаботился, чтобы уже и не было. Грофт постоянно снабжал Баллерда снадобьем, а тот травил потихоньку брата. Но нельзя исключать случайности, вдруг тот все-таки сможет родить сына. Хотя вряд ли… Но пока брат жив, Баллерд всего лишь второй. А он хотел быть первым.

Князю нравился родной Фивер, с его покрытыми разнотравьем плоскогорьями, непроходимыми хвойными лесами. С прозрачными озерами, топкими болотами и холодным морем, омывающим земли страны с северо-запада.

Но, черт побери, у этого Властителя пустынь был такой дворец! Вельможный князь аж подавился слюной от зависти. У Александра ничего подобного не было. А женщины! Баллерд, разумеется, не видел царских жен и наложниц, но уж наверняка не уродин себе Зимруд подобрал! Он хотел получить это всё, и еще он собирался получить Фивер, а для этого надо было не упустить ситуацию. Пока все складывалось для него удачно.

Князев колдун Грофт велел освободить ему комнату и ни в коем случае никому не входить.