Чудеса в кастрюльке
Я, Виола Тараканова, не могу жить без преступлений. Притом они меня сами находят. На этот раз все началось с того, что во время моего визита у Аси Бабкиной случилось страшное горе – умерла дочь Ляля. Уснула и не проснулась. Потом от чужого несчастья меня отвлекли разные события я затопила соседей, издательство приняло к печати мой первый детектив. Я млела от счастья. И вдруг раздался звонок из больницы меня требовала к себе Ася, попавшая туда с инфарктом. От нее я узнала невероятное похоронили совсем не ее дочь, а чужого ребенка. Чтобы развестись с постылым мужем и сохранить за собой дочь, Ася согласилась на помощь соседа-врача, ее любовника. Спящую Лялю перенесли через балкон к нему, а на ее место положили труп похожей девочки, который «достал» сосед. А потом любовник Аси повесился, и Ляля пропала. Теперь именно я должна найти девочку Каково, а!
– Господи, Ваня, – всплеснула руками соседка, – словно на необитаемом острове живешь! Весь дом гудит, а ты и не знаешь ничего! У Мариночки новый жених, имени не знаю, кличут его Дундук или Байбак, ну, неважно! Другое интересно, парень богатый, на таком джипе к подъезду подруливает! У него павильоны на нашем рынке.
– У джипа? – разинул рот плохо соображающий Иван Дмитриевич.
– Ваня!!! Нет, конечно, у этого Дундука или Байбака, вот конкуренты и решили избавиться от мужчины, а Маринке досталось. Ох, зря ты, детка, с ним связалась. Кстати, – наклонилась ко мне Нина Михайловна, – детка, как его все же звать, Дундук или Байбак?
Я смахнула с лица волосы.
– Не знаю, первый раз про такого слышу.
– Ой, Виолочка! – изумилась Хрусталева. – А Маринка где?
– На свадьбу укатила.
– Да? А ты что тут делаешь?
– Полы мыла, – сдуру ляпнула я и тут же пожалела о сказанном, потому что в глазах Нины Михайловны, нашей главной подъездной сплетницы, заметалось нечто, похожее на радость, и она с плохо скрываемым восторгом спросила:
– Что, Олега выгнали с работы?
– Нет, конечно.
– Тогда с чего ты в поломойки к Марине нанялась?
Я хотела уже пуститься в объяснения, но тут в квартиру ворвались Ленинид с огнетушителем, Тамарочка с ведром воды и Ванька, вооруженный большим пластмассовым пистолетом.
– Всем стоять, руки за голову! – заорал малыш.
Иван Дмитриевич побелел.
– Нина, я же говорил, что это чеченский налет, а ты не верила!
– Ваня, не идиотничай! – взвилась Хрусталева.
Она мигом выхватила у мальчишки из рук оружие и отвесила Ваняше подзатыльник.
– А-а-а, – зарыдал мальчуган.
– Не смейте бить ребенка, – рассердилась я.
– Это исчадие ада, – закричала в ответ Нина Михайловна, – несчастье всей лестничной площадки! Кто мне дверь ножиком изрезал?
– А зачем ты сказала в лифте, что моя мама б…, – кинулся в атаку Ваняша, – сама такая!
– Все равно не смейте бить ребенка!
– Да его мать проститутка, пробы ставить негде, а бабка – воровка. Ее тут весь район знает, она пивом в ларьке торговала и вечно недоливала, – сообщила Хрусталева.
Ваняша изловчился и долбанул ногой по коленке Нины Михайловны.
– Ах ты дрянь! – взлетела на струе злобы сплетница и схватила мальчишку за руку.
Я рванула Ваньку к себе, раздался нечеловеческий крик. Это орала Нина Михайловна:
– Господи боже… помогите, о! Нет!
Мы с Иваном Дмитриевичем уставились на Хрусталеву. Честно говоря, зрелище было жутким. Толстыми, сарделеобразными пальцами, унизанными золотыми перстнями, Нина Михайловна сжимала оторванную окровавленную детскую ручонку, вернее, кисть мальчика. Я отпустила Ваньку, и он мигом испарился. Дальнейшее помнится смутно. Хрусталева сначала визжала на такой ноте, которую не издать и певцу Витасу. Мигом в прихожей скопились почти все обитатели дома.
Похожие книги
Мысленным взором
Край непуганых Буратино
Хеппи-энд для Дездемоны
Муха в самолете
Мой (не)сносный сосед
