Чудеса в кастрюльке
Я, Виола Тараканова, не могу жить без преступлений. Притом они меня сами находят. На этот раз все началось с того, что во время моего визита у Аси Бабкиной случилось страшное горе – умерла дочь Ляля. Уснула и не проснулась. Потом от чужого несчастья меня отвлекли разные события я затопила соседей, издательство приняло к печати мой первый детектив. Я млела от счастья. И вдруг раздался звонок из больницы меня требовала к себе Ася, попавшая туда с инфарктом. От нее я узнала невероятное похоронили совсем не ее дочь, а чужого ребенка. Чтобы развестись с постылым мужем и сохранить за собой дочь, Ася согласилась на помощь соседа-врача, ее любовника. Спящую Лялю перенесли через балкон к нему, а на ее место положили труп похожей девочки, который «достал» сосед. А потом любовник Аси повесился, и Ляля пропала. Теперь именно я должна найти девочку Каково, а!
С одной стороны, я атеистка, но с другой… Вдруг там, наверху, кто-то есть?
– Зря ты этой мошеннице потакаешь, – сурово сказала женщина в темном платке, торгующая книгами.
– Так на храм!
Торговка ухмыльнулась:
– Это на глупеньких и рассчитано. Да хочешь знать, сам патриарх по телевизору недавно говорил: никого не благословляли деньги собирать. По улицам ходят самозванцы и мошенники. Что же касается этой особы, так она нам отлично известна. Галка Мамонова, пьяница, хороша монашка…
Продавщица продолжала бубнить, но я уже бежала к метро, полная энтузиазма. Монашка! Завтра же поеду к сестре Ежи в монастырь. Может, Ляля все-таки там? Правда, матушка Евдокия не захотела отдать девочку Аське, но я очень хорошо знаю Бабкину. Небось влетела к женщине в келью и заорала:
– Где моя дочь? Сейчас же верните Лялю!
Представляю, как переполошилась матушка. Во-первых, совершенно неизвестно, что сказал ей брат, когда передавал Лялю. Может, велел:
– Никому ни слова о ребенке! Кто бы ни приехал и ни потребовал, не вздумай показывать девочку!
Вот Евдокия и держалась, словно Брестская крепость под натиском врагов, и не вернула Лялю матери. Монастыри стоят в уединенных местах, ни телевизора, ни радио там, как правило, нет, скорей всего, отсутствует и телефон. Наверное, Евдокия еще не знает о смерти брата. И мне придется стать вестницей несчастья… Хотя глубоко верующие люди относятся к факту кончины ближайшего родственника по-другому, чем атеисты.
Скорбя о тех, кого никогда более не встретят на земле, они тем не менее уверены, что не расстаются навеки, ждут свидания в ином мире, за гробовой доской. Иногда мне делается тоскливо: ну отчего с самого детства никто не вложил мне в голову элементарные постулаты веры? Вот Женечка Громова выросла в семье, где все ходят в церковь, и ей намного легче жить. Неприятности Женька принимает стойко, считая, что господь посылает испытания только тем, кого любит. Я же начинаю убиваться и расстраиваться, задавая себе бесконечно вопрос: ну почему именно со мной приключилась незадача? А Женя с радостным лицом восклицает:
– Мне ниспослано испытание, и я должна его достойно пройти!
Я ей завидую, что, между прочим, является грехом.
ГЛАВА 14
К поездке в монастырь я подготовилась тщательно. Сначала сказала Томочке:
– Голова третий день болит.
– Немудрено, – вздохнула подруга, – вон погода какая, то дождь, то снег, то солнце, давление скачет…
– В городе дышать нечем, – фальшиво вздохнула я.
– Да уж, – покачала головой Томочка, – мегаполис не лучшее место для проживания, но куда же деться!
– Вон Алка Калашникова купила дом в деревне и уехала.
– Так они с мужем художники, на работу им не ходить, разве Сеня с Олегом могут себе позволить не пойти в присутствие? – грустно сказала Томуська.
Похожие книги
Мысленным взором
Край непуганых Буратино
Хеппи-энд для Дездемоны
Муха в самолете
Мой (не)сносный сосед
