Чувства наизнанку

А Марк только встал из-за стола, подошел ко мне, приподнимая меня со стула, и повел на мягкие кожаные диванчики, где мы уселись и принялись рассматривать мегаполис, страдающий от бессоницы.

И его руки неспешно скользили по моим рукам, чуть приобнимали за талию, касались обнаженных колен, а потом наконец-то успокоились, когда наши пальцы переплелись.

— Дай мне шанс, Таня. Всего один, я не подведу тебя, — шептали его губы, едва прикасаясь к мочке моего уха.

А я млела. И ничего не соображала.

— Я так хочу быть с тобой. Всегда! Слышишь? — лизнул он мою шею и замычал, чуть прикусывая нежную кожу.

— Да, — охнула я.

— Девочка моя, — практически накинулся Марк на мои губы, но я успела увернуться, помня наставления Нинки.

Да только Хану будто бы и дела не было. В одно движение он с нажимом провел руками по моим бедрам, задирая на мне мое платье-футляр, а в следующее, уже подхватил и усадил меня верхом на свои колени.

— Марк! — пискнула я.

— Да? — обрисовал он ладонями мои ягодицы и резко дернул на себя.

А я зашипела, чувствуя, как между ног мне упирается что-то большое, горячее и чертовски нетерпеливое. Еще немного и меня потащат на нижнюю палубу, где располагались комфортабельные каюты с широкими кроватями.

А я, как бы, не готова!

— Марк, мне…мне надо домой! — выпалила я, упираясь в его плечи.

— Тань…

— Срочно!

— Так время еще…

— Сейчас же!

И Хан в ответ на эти категоричные требования только громко сглотнул, а потом и тяжело выдохнул, все-таки убирая с моей задницы свои загребущие руки. А я тут же смущенно зарделась, понимая, что сижу на нем в совершенно непотребной позе, с задранным до пупа платьем, сверкая нижним бельем.

Стыдоба!

— Как скажешь, Тань, — на удивление мягко произнес Марк, а я напряглась, слезая с его колен, — мы уже причаливаем, я отвезу тебя домой.

Но я от этих вкрадчивых слов почему-то еще больше разнервничалась, чувствуя, что серый волк попросту загоняет в свое логово глупую красную шапочку.

Еще немного и будет кусь.

Глава 14. О том, как пахнет керосином…

ТаняМне двадцать два года, а я вела себя, как затюканная школьница на первом свидании с самым отпетым дворовым хулиганом. Ждала подвоха и того, что он накинется на меня в темной подворотне, задерет юбку, спустит трусики до колена и возьмет стоя, прижимая спиной к бетонной стене.

Но рядом со мной был не плохой мальчишка, а мужчина. И желания его были понятны как белый день. А сказать ему о том, что я хотела бы остаться девственницей до первой брачной ночи, было смерти подобно.

Ну…потому что, кто сейчас практикует подобное?

Да и как это будет воспринято самим Ханом?

— Милый, я девственница и хотела бы ею остаться до самой свадьбы.

— Не проблема, Тань. Набери меня, как выйдешь замуж.