Чужая невеста. Я тебя украл

Не хочу видеть эту гадину вблизи километра от нашего дома!

Аслан соглашается, поддерживая меня в этом решении, и за спиной словно появляются крылья. Он больше не зовет меня взбалмошной, упрямой девчонкой, принимает, какой есть, и даже любуется мной в моменты, когда я, бывает, не всегда с ним согласна.

Я принимаю его целиком, и он - меня.

- Ты не спишь, Лея. Что такое?

- Тревожусь. Мне страшно, - говорю едва слышно.

- Последняя ночь. Скоро кошмары растают.

- Мне не снятся кошмары, - заявляю я.

- У тебя случаются плохие сны, ты жмешься ко мне доверчиво и трясешься, как трусливый зайчонок. Я рад, что ты их не помнишь под утро, но зато каждое из таких мгновений хорошо помню я, и скоро причины не станет. Совсем… - обещает Аслан.

Я забираюсь пальцами на его шею, целую в губы, которые охотно встречают мои. Он крепко обнимает меня за талию, оплетает ладонями стан и, ожидаемо быстро, голодно перебирается на грудь, бедра, развилку между ног, лаская. Сходим с ума от желания, дуреем от запахов…

Но запрет на близость еще не снят врачом. Поскорее бы… Я хочу принять Аслана целиком, дрожу от желания.

- Скоро?

- Может быть, поторопить врача с этим? - спрашиваю, изнывая от страсти.

- Не смей торопить. Пусть решение будет взвешенным и правильным, своевременным, - успокаивает меня Аслан.

Но я чувствую, как это решение дается ему с трудом и решаюсь приласкать его сама. Тело Аслана дрожит, бедра напрягаются от моих движений.

- Лея…

Аслан притягивает меня для поцелуя, я двигаю рукой смелее и смелее, когда наши языки сплетаются, тела притягиваются ближе, и между поцелуев вырываются протяжные стоны.

Чувствую, что он близок… Ему очень хочется, и внезапно решаюсь на большее. Первой разрываю поцелуй.

- Лея? Лея? - зовет меня Аслан.

У него затуманенный взгляд, который проясняется на миг от вспышки понимания, что я хочу сделать, а потом затягивается мороком и туманом похоти, мужского желания.

- Сделай это, - просит он, опустив тяжелую ладонь на мой затылок. - Если хочешь.

Хочу ли я? Иного варианта не вижу, не представляю, как можно удержаться. Я хочу его. Всего… Хочу почувствовать, как он меня любит и как сильно хочет."

"Наш секс в прошлом был таким ярким, чувственным, жарким. Мне постоянно хотелось еще и еще. Эти воспоминания будоражили меня в разлуке, наполняли сны эротичными образами, а потом я просыпалась с четким пониманием, что Аслан пробудил во мне чувственность, а в разлуке с ним от нее осталась лишь тень, как и от меня самой, без него.

Но сейчас эти чувства, желания, чувственный голод пробуждаются.

Желанием наливается каждая клеточка моего тела. Воздушная тонкая сорочка липнет к спине и к налитой груди.Низ живота оживает, по нему волны проносятся рябью.

Это сумасшествие.