Недостойный сын

Обидно, но приятно — как целуется, зараза! Самое приятное, что в следующий раз она осуществит его мечту и сама поцелует… Обязательно поцелует перед тем, как втоптать в грязь! Немного ждать осталось — главное, чтобы план с Тенями не провалился и все остались живы, а уж потом…

Вытерев насухо лицо, Ирисия вышла из умывальни и приказала слугам позвать Советника Безопасности. Тот явился, как и обещал, очень быстро. Внимательно посмотрев на эканганду, Соггерт осторожно спросил:

— Ты плакала?

— Нет. Просто нос заложен и глаза слезятся. Кажется, заболеваю. Пригласите потом ко мне франга, пока совсем худо не стало.

Дел много и разлёживаться некогда, — соврала она.

— Нехорошо… Поправляйся и больше по утренней прохладе никуда не выезжай. Насколько удался разговор с Ладомолиусом?

— Уверена, что поверил про отца и теперь, точно, передаст информацию бесцветным о его личном участии. С этой стороны обезопасились на случай двойного предательства Ликкарта. Да! У него же теперь кто-то из ваших работает? Есть смысл дать команду, чтобы ликвидировали, если предал и сбежать надумает.

— Уже. Не волнуйся, девочка! Его опекают со всех сторон — никуда он от тебя не денется.

— От меня? От нас!

— Как скажете, эканганда, как скажете! — хитро подмигнул безопасник. — И не облизывайте так губы, словно недавно целовались.

— Я… Они просто пересохли! Очень неважно себя чувствую… Очень! Срочно зовите франга, Хирг его загрызи!

Дядюшка Соггерт ушёл, а Ирисия ещё долго ловила себя на том, что действительно облизывает губы, пытаясь вспомнить вкус поцелуя. Да… Здесь ни одна пилюля лекаря не поможет… Палача звать надо, чтобы отсёк дурную голову!

35. Воссоединение семьи

Вкус её губ… Нежных, влажных, горячих и таких волшебных.

Если бы Ирисия поцеловала вот так сама и о чём-то попросила — хоть луны с неба достать, согласился бы и полез на самую высокую крышу. Но она лишь отскочила, как от прокажённого, словно боялась заразиться. Не судьба… Понимаю теперь, что в ней столько ненависти и брезгливости ко мне, что как ни пытайся, ничего не изменить. Встретить бы того прошлого Ликкарта и морду ему разбить! Изувечить жестоко! Ублюдок сломал всё, до чего смог дотянуться!

С этими мрачными мыслями и приехал к себе домой.

Выйдя из кареты, грустно потрепал Пирата, который чуть ли не из шкурки выпрыгивал, виляя хвостом от радости, что хозяин явился. Вот до чего же верный пёс! Такую бы душу да всем людям!

— Лицо такое, будто бы песок ел, нос ниже подбородка, а плечи до зада опущены, — прокомментировала Литария мой внешний вид. — Тебе чего, сын, голым по дворцу скакать запретили и ты расстроился? Какие негодяи, право слово!

— Нет, мам, — грустно улыбнулся в ответ на её шутливый вопрос. — Эканганду запретили целовать.