Недостойный сын

Меня от этого акта непослушания просто распирает. Здоровый весёлый азарт перемешивается с ехидным чувством удовлетворения, что показал всем фигу и поступил по-своему. Может, это остаточные эманации прошлого Ликка-авантюриста или молодость играет гормонами — даже разбираться не хочу, так как нравится! У меня новая жизнь и тратить её на скучные вещи не намерен! Стану снова старым — уж тогда и посижу спокойно в уголке, а сейчас…

— Ри Ликкарт, — серьёзно обращается примостившийся рядом Патлок, — вы человек тута непривычный, а столица большая. Осторожнее надо… Ежели чегось говорить умного буду или там с советами приставать, то не гневайтесь, а исполняйте лучше.

— С чего ты взял, что непривычный?

— А с того, что землица слухами да знаниями полнится, а я её слушать умею. Вот, стал быть, и нашептала мне про Вас правду. Его Безгрешие в курсе, что я знаю. Не боитесь — не подведу.

— Вот даже как? И молчал ведь! Сам-то, что думаешь теперь?

— Так молчал, потому что рассказывать особенно нечего. История занятная, но смысла пока в ней нету. И думать не мне, а Вам надо. Я же человек простой — приспичит, так подмогну или прикрою.

— Спасибо, дружище! — искренне поблагодарил я Патлока. — Ну раз ты всё знаешь, то тогда будешь сегодня моим гидом…

— Да что же это Вы, Ваш Милсердие, плохо так обо мне! — возмутился Болтун. — Гадом никогда не был! Водятся грешки — не без этого, но не до такой же степени!

— Не гАдом, а гИдом! Это человек такой, кто людей по незнакомым местам водит, красоты показывая!

— А! Теперь понятно! Ещё одна чудная профессия, прям, как дегустатор Ваш!

— Во-во! Им тоже, кстати, поработаешь сегодня, если знаешь хорошие кабаки с вкусной едой.

— Хорошо, что с Вами поехал! Вы, ежели ещё какие приятные работёнки припомните, сразу мне предлагайте! А места такие знаю — как же не знать-то!

— С чего начнём осмотр столицы?

— Так можно и с красот — их у нас хватает, только я б начал с рынка у Средних ворот. По мне, это сердце Гратилии! Тама вся жизнь зарождается, ужо по другим местам из него ручейками утекая. Храм Даркана Вершителя ещё, но тудысь Вам пока лучше не лезть, а во дворец и без моей помощи доставят, ежели чего от Вас кангану надо будет.

— Уговорил! Начинаем с него!

Рынок… Всё равно в каком веке или мире, но это место всегда имеет свою неповторимую ауру.

Наполняясь эмоциями продавцов и покупателей, он переваривает их, фильтрует и делает нечто особенное, вкусное, сакральное.

Горластые торговки расхваливают свой товар. Кухарки торгуются у лотков с фруктами и овощами, стараясь сбить цену и получить нужного побольше и подешевле. Вон дородные тётушки стоят у палатки приезжего купца и, не обращая внимания на его разноцветные ковры, с жаром обсуждают последние столичные сплетни.