Чужой мир

 — У меня еще есть, завтра они нам понадобятся…

Я кивала, не слушая, что она говорит, стараясь не расплакаться. Мама Нисса хлопотала по дому, двигала сундук, затем достала для себя темно-коричневое платье. Я сидела и качала головой, словно китайский болванчик, думая о воине из цитадели. Мысли метались, переплетаясь в узоры, похожие на те, что были вышиты серебряными нитями на вороте моего платья. Мужчина, деньги, дракон, пустыня… Он отдал свое жалованье!

— Его звали Райвен Маккалахер, — прошептала я тихо, чтобы не услышала Нисса.

Вскоре вернулся Бэк. Мама Нисса хлопотала около стола, складывая в ту же самую корзину продукты: сыр, горшок с молоком, хлеб, бутылку вина. Туда же пристроила большой нож. Я хотела помочь, но силы меня покинули — похоже, дневные волнения полностью исчерпали запас сил, что добавились после сна.

— Посмотри на девочку, — заметил Бэк. — Еле сидит! Сейчас с лавки свалится.

— Нет, все в порядке, — пролепетала я. — Хочу посмотреть на праздник Имболк!

— Могу тебя отнести, — весело предложил Бэк. Я покачала головой. И как он себе это представляет?

— Сама дойду!

Мама Нисса накинула мне на плечи шерстяной прямоугольник плаща, застегнув его круглой железной пряжкой-фибулой. Поставила две зажженные свечи в высокие горшки, объяснив, что на улице ветрено, а глиняные стенки не дадут пламени погаснуть. Бэк подхватил корзину, и мы вышли из дома.

Снаружи давно стемнело. Впереди, в просветах между стенами домов, мелькали огни — от факелов, а может, от свечей. Я слышала голоса, кто-то напевал, кто-то громко говорил, кто-то смеялся. И все шли по направлению к реке. Нас обогнали двое мужчин с факелами, обдав запахом немытых тел. Раздались приветствия. Я тоже пробормотала что-то вроде: «Доброго вам праздника!» Вскоре мы присоединились к большой компании у реки. Люди пели и танцевали, некоторые грелись у горящих костров. Мужчины пили из больших кружек. Судя по запаху — эль. Женщины упражнялись в хоровом пении, выводя гимны во славу Богини. Вокруг бегали дети, все время норовя ухватить что-то из разложенного скромного угощения. Нисса уверенно подошла к одному из костров. Женщины посторонились, давая нам место.

— Здесь и устроимся, детка, — сказала она громко. Затем добавила под любопытные взгляды присутствующих: — Это моя дочь, Эиринн. Она теперь будет жить со мной.

— Здравствуйте, — чувствуя себя не в своей тарелке, произнесла я. Меня дружно приветствовали, люди называли свои имена, которые, впрочем, почти сразу перепутались у меня в голове.

— Пойдем! — воскликнул Бэк и попытался утащить меня в круг танцующих.

— Я лучше здесь посижу…

— Да пошли уже, не ломайся! — рассердился он.

Смирившись с судьбой, поползла танцевать.