Дар исцеления

Друзья – и друзья, коллеги – и коллеги, вот и ладненько! И шагнула в операционную.

Да, тут магией не поможешь. Воспаление кишечника, которое уже плавно перешло в воспаление всего живота. Лихорадка. Еще немного – и бедолага просто помрет. Сейчас его усыпили, но даже во сне лицо мужчины лет тридцати кривилось от боли.

– Я режу, ты чистишь? – предложил Бертен, берясь за скальпель.

Я кивнула. И встала к столу.

Операция продолжалась около получаса, но вымоталась я капитально. Я и до этого силы потратила, а сейчас еще добавила. Зато мужчину мы спасли.

Руки у Бертена из нужного места растут, и швы он накладывает замечательно – поглядеть приятно. Шов, другой… Почти все?

– Водички? – предложил Бертен, беря кружку у подошедшей прислужницы.

Да, не помешало бы.

В моей кружке оказалась не вода, а взвар с острым травяным привкусом. Но сладко. И вкусно. Вкус такой необычный…

Комната внезапно поплыла перед глазами, чьи-то сильные руки подхватили меня, влили в рот остатки взвара…

Последнее, что я услышала гаснущим разумом: «проспит до вечера».

И сознание отключилось.

Глава 7

Меня тошнило, голова кружилась, и вообще чувствовала я себя преотвратно.

– Ну-ка, выпей…

Знакомый голос, только я не могу вспомнить, кому он принадлежит. Теплые руки осторожно поднимают мою голову, в рот льется прохладная вода.

– Вот так…

Несколько минут уходит на то, чтобы вспомнить, и я открываю глаза.

– Берт…

Бертен Сенар смотрит на меня грустно, с какой-то понимающей улыбкой, и от этого становится еще противнее и страшнее.

– Да, дорогая.

– Зачем?

– Неужели ты не понимаешь?

И такое искреннее удивление в глазах, столько чувства…

Я оглядываюсь вокруг:

– Где мы?

– На берегу, в рыбачьем сарае.

Местные жители издавна промышляют контрабандой, для них спрятать кого-то несложно. Тиртанцы придут с ночным отливом, нас отвезут на лодке к кораблю.

– Тиртанцы?

– Что тебя так удивляет?

– Но ведь принц Алекс…

– …перехватил часть. Не всех, нет.

Шевельнула руками и внезапно обнаружила на них намотанные в два слоя веревки. Пальцами – и то не двинешь.

– Ты с ума сошел?

– Наоборот, пришел в себя.

А ты думала, что сможешь обвести всех вокруг пальца? Маг жизни…

Я вздохнула:

– Помоги мне сесть. Будь любезен.

Лицо Берта исказилось от ярости.

– Да, в этом ты вся! Вежливость до кончиков ногтей, а что за ней? Безразличие! Тебе же наплевать, на всех наплевать!

Оправдываться я и не подумала. Вместо этого попробовала перекатиться на бок и сесть хоть так. Бертен скрипнул зубами, но быстро поднял меня под мышки и посадил, оперев спиной на что-то твердое. Я огляделась.

Да, сарай.