Делить тебя

Опять залез на неё?! — Зло выплевывал слова взбешенный Женька, и я его понимал, но все объяснения потом, сейчас ни один из нас не готов разговаривать. Только уебать соперника. За честь, блять, единственной бабы.

— Ч-что значит «опять»?

Мы разом обернулись к Яне. Она во все глаза смотрела на нас, с потерянным видом, бледная и растрепанная. Я воспользовался заминкой и поправил штаны, застегнув ширинку.

— Потом, — бросил Женя и сосредоточился на мне, заставляя убрать из головы все, кроме предстоящей драки.

— Что, брат, как в старые времена тайский против классического?

Женька пружинил, разогревая мышцы ног, а я отмечал неприятный гул в голове от пропущенного удара.

"В дверях нарисовался Стас. Женька, малолетний придурок, отвлекся, и я уравнял шансы, треснув ему в бедро правой ноги. Он тут же крякнул и отскочил, делая ослабшую ногу опорной.

— Уведи ее, — приказал я Стасу, не отрывая взгляда от пританцовывающего брата.

— Я тебя убью, гандон!

— У тебя была фора, идиот, мне нужен только один удар…

— Гнида! — он не дал мне договорить и ринулся в атаку, от которой я ушел. Все же у меня отработка уклонения была лучше.

Я легонько пробил его по корпусу, и мы снова закружились по комнате. Женька попробовал отвлечь меня ложным выпадом, я успел отскочить от подсечки.

В драке решающую роль играет не количество нанесенных ударов и не их сила, а умение нанести тот самый решающий удар. Все зависит от тактики и терпения. Уклоняться и изучать противника, дождаться его открытия и нанести единственный удар, вложив в него всю силу.

— Отпусти!.. Стас! Пусти!.. Ты не имеешь права меня задерживать…

Визг Яны сбил с толку, я на секунду стрельнул глазами в проём двери и пропустил ебучую подачу с ноги от Женьки.

— Босс, она пыталась съеба… Помощь нужна?

— Нет, — прошипел я сквозь зубы, отходя от активизировавшегося брата.

Разогнулся, прикрываясь от ударов. Ушел влево, отвлекая его от прямой атаки, поднырнул под руку, вдарив под рёбра, и дождался его разворота, чтобы погасить неприкрытое ебало…

Женька свалился.

— Женя! — Яна дёрнулась в руках Стаса, как пришпиленная бабочка, и снова обмякла. По щекам струились слезы, одежда в беспорядке, кофта местами торчит из джинсов.

— Стас, просил же убрать ее, — я поморщился, тряхнув гудящей головой и потирая отбитый кулак. Оглянулся на шевелящегося брата. — Жить будет. Минут через десять оклемается.

— Пошел ты, — выплюнула Яна. — Отпусти. — Теперь она обращалась к Стасу, но тот предано смотрел на меня.

— Яна, куда ты собралась?

— Я ухожу.

— Куда?

— Не твое собачье дело!

Тут вмешался Стас:

— Домой к мамке собралась. Такси вызвала. Сумку со шмотками собрала.