Невинная для бандита

Тянущее, скребущее чувство внутри не покидало меня.

Его больше не было. Германа больше не было. И пока Катя возилась с погремушками, я перебирала в памяти все моменты, начиная со знакомства, заканчивая вчерашней ночью.

Мороз будто чувствовал неладное, не отпускал меня до самого утра. Даже когда я была едва живая и уже без сил, он все равно продолжал ласкать и шептать пошлые вещи, продолжал брать меня снова и снова.

“- Давай, девочка, еще немного…

— Я больше не могу, Герман…

— Можешь, сладкая, можешь… Вот так, да, позволь мне…”

И несмотря на то, что мне казалось, будто сил не было, мое тело снова и снова сдавалось на его милость, и очередная волна удовольствия накрывала меня.

Знал ли он? Мог ли догадываться, что это была его последняя ночь?

Наша ночь…

Или же дело было только в том воздержании, что предшествовало этому?

Ответов у меня не было. Да и вряд ли когда-то будут. Максим прав — мне придется двигаться дальше. Несмотря на то, что сейчас было очень больно и тоскливо.

Раздался тихий стук в дверь. Уложив Катю подальше от края, я пошла открывать. И очень удивилась, увидев Олю. Она робко улыбнулась.

— Муж мне все рассказал.

— Понятно, — кивнула я.

— Макс сказал, вы пробудете у нас какое-то время. У нас пока нет детской, да и мебели подходящей тоже. Так что, может, ты захочешь сама что-то выбрать?

— Для чего? — не поняла я.

— Ну, для малышки, — девушка кивнула мне за спину.

Я растерянно оглянулась на Катю.

— Ради нескольких дней? Зачем?

— Чтобы было удобно. Хотя бы кроватку.

Я задумалась. Было крайне неудобно напрягать кого-то. Просьба Германа касалась только меня и его дочери. Да, очевидно, Максим был ему другом, но имела ли я право злоупотреблять его гостеприимством?

— Думаю, мы и так поместимся.

Ольга нахмурилась.

— Ты уверена? Если ты стесняешься или думаешь, что это неудобно… — Я тактично отвела взгляд, чтобы не выдать себя с головой. — Ясно. Значит, подберу сама.

— Да не надо…

— Надо! — возразила Оля. — Ты не чужой человек в этом доме.

Последние слова заставили меня удивленно уставиться на девушку. Та, заметив это, усмехнулась.

— Да, когда-то Герман очень помог нам с мужем. И меньшее, что мы можем сейчас сделать — помочь тебе и малышке.

Помог… Надо же. Значит, все же он умел и вот так. Черт, да конечно, умел! Разве я не убедилась в этом? Другое дело, что делал он это порой так, что и не верилось в помощь эту. Впрочем, о мертвых или хорошо, или никак…

— Ладно, — сдалась я под настойчивым взглядом хозяйки дома.

Она тут же улыбнулась в ответ.

— Познакомишь нас?

Теперь уже я не смогла удержаться от улыбки. Столько любопытства было на лице Оли. И учитывая ее положение, ей наверняка хотелось потискать девочку.

— Конечно. Заходи.

32. Есения

Дни сменяли друг друга.