Дело чести
Антон Иванов бывший офицер спецназа, потеряв на чеченской воине жену и друзей не намерен прощать убийц. Месть становится для него делом чести. Теперь он — Сыч, легендарный командир отчаянных головорезов. За два миллиона баксов он берется уничтожить группировку непримиримого полевого командира. «Заказ» оплачивает местный клан, желающий устранить конкурента. Но Сыч — кровник всех чеченских боевиков, и для него нет разницы между заказчиком и жертвой.
Нападавшим бандитам было нетрудно нанести сокрушительный удар, подкравшись к заставе вплотную, и раствориться в лесу, где им знакома каждая тропка. Вооружившись печальным примером предшественников, представители правоохранительных органов прекратили бесплодные попытки взять под контроль ущелье и ограничились периодическими наездами, так называемыми рейдами в составе сборных бригад местных сил правопорядка. Но это было в незапамятные времена — еще до последней кавказской войны. А после войны сюда вообще никто соваться не смеет, кроме посвященных в тайны леса, напичканного минными заграждениями.
У входа в горловину ущелья нас ожидали Барин, Сало и Мент. Я давно привык к кошачьим повадкам своих боевых братьев — сам натаскивал их долгими часами изнурительных тренировок, — но все же вздрогнул от неожиданности, когда из кустов на опушке неслышно, как призраки, возникли трое размалеванных в боевую раскраску мужиков с автоматами и направились к нам.
— Как? — лаконично поинтересовался Мент, с любопытством заглядывая в повозку.
— Норма, — в тон ему ответил Джо. — Грузитесь, времени в обрез.
Ребятишки попрыгали на повозку, и мы неспешно двинулись вглубь леса, прочь от входа в ущелье.
У противоположного входа сидит круглосуточный пост гвардейцев Рашида — с десяток стрелков, отягощенных противотанковыми гранатометами и приборами ночного видения. Любую тварь, рискнувшую высунуть нос из ущелья без ведома Рашида, встретит кинжальный огонь в упор из десятка стволов.
Прибыв на место, мы произвели боевой расчет, замаскировали повозку в глубине леса и распределились по обеим сторонам еле просматривавшейся в густой траве грунтовой дороги, выписывавшей замысловатые повороты в мрачной чащобе.
Вскоре моя радиостанция выдала три длинных тона: подал сигнал Джо, расположившийся в двухстах метрах правее основной группы и выполнявший функции разведдозора.





