Дело чести

Из-за противоположного стола вскочили еще двое, жутко щерясь и вопя что-то нечленораздельное, открыли беглый огонь куда попало, гвардейцы шустро попадали на землю, ощетинились стволами, начали работать по взбесившимся гостям…

Спустя полминуты двор Салаутдина превратился в бойню. Кто в кого стрелял, понять было нельзя да и не пытался никто понять. Пребывающие в здравом рассудке, не отпробовавшие нашего винца давно повалились наземь и расползались кто куда, некоторые затаились на месте и с ужасом наблюдали из-под столов за происходящим. Какой-то беснующийся товарищ дорвался до ящика с боеприпасами и вел непрерывный огонь во все стороны, неприцельно лупя от бедра и ловко меняя магазины, пока его не сразила чья-то меткая очередь.

Мы с Джо при первых же выстрелах были засыпаны осколками разбитого вдребезги шальной очередью стекла и теперь затаились за подоконниками, наблюдая за крышей нашего «концлагеря». Посреди крыши методично вспыхивали букетики одиночных выстрелов — Лось работал. Как и предполагалось, ребятам во дворе было не до Лосиных изысков, хотя несколько дурных строчек трассеров по крыше все же прошлись — на войне как на войне.

Осторожно выставив ствол автомата и треть лица над подоконником, я более внимательно обозрел поле битвы. За столами для знати никого не было, если не считать двух трупов, неловко раскорячившихся на лавке. Под столами, правда, виднелись тела, но признаков жизненной активности они не проявляли. Ан нет, кто-то шевельнулся! Присмотревшись повнимательнее, я узнал Руслана — лицо нашего хозяина выражало полнейшую растерянность, граничащую с безумным страхом. Ну что ж ты, родной мой, надо было винца отпробовать, и не было бы так страшно…

Словив в прорезь прицела папаху племянника Салаутдина, я чуть опустил ствол и нажал на спусковой крючок.

Шлеп! Голова Руслана как будто раскололась пополам — кровавая каша из костей и мозгов брызнула во все стороны. Внезапно два лежащих рядом с трупом Руслана тела зашевелились и быстро поползли в сторону дома. Как только они выбрались из-под стола и попали в полосу освещения, я узнал братьев Салаутдина. А-а-а, вот оно что! Так вы вовсе и не тела еще! Вы живые пока что, козлики! А что же Лось? Каким местом груши околачивает?

— Перекрытое пространство! — крикнул Джо.

 — Лосю не достать! Он с чердака их не видит!

— По расчету, — скомандовал я, беря на мушку ползущего несколько сзади: передний уже выпал из моего поля зрения, остались только быстро дергающиеся ноги.

Шлеп! — ползущий сзади дернулся всем телом и мгновенно затих.

Шлеп! — ноги, ускользающие из поля моего зрения, взбрыкнули в последний раз и застыли недвижно.

Шлеп! — от верха оконного проема срикошетила дурная пуля и угодила Джо в плечо.