Дело двух Феликсов

 — А вы, наверное, Ганцзалин?

Тут уже настало время удивляться пришельцу.

— Откуда вы меня знаете?

— Мне про вас Нестор Васильевич рассказывал. Вы же его помощник.

Странное выражение вдруг промелькнуло на лице китайца. Если бы не общий суровый вид Ганцзалина, князь мог бы поклясться, что это было выражение нежности. Но, наверное, он все-таки ошибся — так странно было видеть подобное чувство на этом хмуром лице.

— Что с бандитами? Вы их убили?

Ганцзалин в легкой задумчивости посмотрел на два тела, почесал подбородок. Нет, это вряд ли. Но пока пусть полежат до приезда полиции. Его больше волнуют те, кто заперся в гостиной. Оттуда есть выход на улицу? Окна или запасная дверь?

Глаза князя внезапно расширились.

— Да, окна, — сказал он тихо. И добавил. — Ирина… Бэби…

В следующий миг он уже стремительно шел к детской. Следом за ним поспевал Ганцзалин. Нет, нет, не нужно бояться, с ними ничего не может произойти. Они надежно заперлись, а бандитам сейчас не до них, бандиты выскочили в окно и бегут прочь, прочь отсюда…

Дверь в детскую была не заперта. Похолодевшей рукой князь взялся за ручку и потянул на себя. Дверь легко поддалась, он вошел в детскую. Ирина у окна прижимала к себе дочку. В висок ей был уперт пистолет белобрысого главаря. Рядом стоял долговязый и целился в Юсупова.

— Отпустите, — сказал князь враз охрипшим голосом. — Умоляю, отпустите. Я сделаю все, что вы скажете.

Долговязый криво усмехнулся. И князь с необыкновенной ясностью понял, что сейчас он выстрелит. Сначала в него, а потом…

— Стойте, — сказал князь. — Вы не сделаете этого. Сюда уже едут. Буль позвонил и вызвал полицию.

— Буль никого не мог вызвать, — отвечал белобрысый. — Прежде, чем войти, мы перерезали провод.

* * *"

"Оглушенный подъесаул Коровкин лежал ничком на скамье возле тяжелой стальной двери. Нестор Васильевич заботливо наклонился над ним, аккуратно провел рукой по спине, нащупал пальцами шов и осторожно вытащил иглу с черной богиней Кали.

Потом он расстегнул кобуру подъесаула, извлек оттуда наган, положил его в карман и легкой стопой двинулся наверх. Спустя полминуты он входил в кабинет Варенбурга. Кабинет был пуст. Чертыхнувшись, Нестор Васильевич повернулся к двери и замер: на пороге стоял красный дипкурьер Мезенцев.

— Виктор Данилович? — Загорский направил в лицо дипкурьеру коровинский наган. — А ты что здесь делаешь?

Мезенцев успокаивающе поднял руки.

— Тихо, тихо, Нестор Васильевич, эта штука стреляет. Случайно нажмешь — мозги в разные стороны.

— Как ты сюда попал? — повторил Загорский, не повышая голоса.

— Пришел тебя выручать…

— Меня?

Дипкурьер вытащил из кармана записку, протянул Загорскому.

— Вот, Юсупов прислал со своим секретарем. Прямо в посольство. К счастью, попал на меня.