Демон и дева

Поднявшись на цыпочки, прошептала в самое ухо:

— Ну что ты встал, словно соляной столп? Что случилось?

Он не сразу ответил. Предостерегающе взяв за локоть, прошептал:

— Здесь кто-то есть. Я чувствую… вибрацию.

— Кто-то из врагов?

— Нет, что-то другое. Винга, на чердаке есть нечто, имеющее отношение к Людям Льда.

— Что ты предполагаешь?

— Не имею ни малейшего понятия.

— Где оно… — вполне логично осведомилась она.

Хейке остался недвижим. Она даже могла почувствовать, как он ищет вибрацию. Надо было только стоять тихо и пытаться воспринимать происходящее.

Она многого не понимала.

Вспомнила, что он рассказывал ей, как на дороге в Сконе вдруг почувствовал вибрации смерти. Вибрации шли от могилы одной из Людей Льда.

Одними губами Винга спросила:

— Кто-то мертвый?

— Нет, эти вибрации не имеют никакого отношения к человеческой жизни. Они какие-то режущие, звенящие. Наверняка очень важные. Здесь… Они идут отсюда, сейчас стали более ощутимыми…

И он направился в один из углов чердака. И резко остановился…

— Ингрид, — пробормотал он.

— Что? Что ты хочешь сказать?

— Разве ты не видишь Ингрид? Ах да, конечно. Она стоит перед нами и хочет, чтобы мы остановились.

Винге стало ужасно интересно. Она слегка поклонилась.

— Здравствуйте, тетя Ингрид! Вы здесь? Послышался далекий, кудахтающий смех.

— У вас такой молодой голос! — громко прошептала девушка и уцепилась за руку Хейке. Все же не очень приятное ощущение.

Хейке успокаивающе сжал ее руку:

— Ингрид очень молода и красива. Снова кокетливый смех.

— Но тетя Ингрид была ужасно старая!

— Сейчас нет. В жизни человек проходит разные стадии развития. Почему же он должен представать в своем последнем, увядающем облике?

— Ты прав.

Это было бы несправедливо. И не так интересно. Я тоже хочу быть там молодой.

Хейке не стал напоминать ей о том, что она не была отмеченной. Ему лично не хотелось думать о смерти в двадцатилетнем возрасте!

— Что хочет тетя Ингрид?

— Она просит нас не ходить туда, в угол. Она говорит, что там для нас ничего нет.

— О, Господи! Как будто там труп лежит.

— Нет-нет, речь идет совсем о другом. Ингрид говорит, что нас ждут важные дела и надо думать о них.

— Получить назад усадьбы? Или речь идет только о сокровище?

— И то, и другое.

А теперь помолчи, когда говорят взрослые!

Краем глаза он увидел, что его слова обидели девушку.

На чердаке было полутемно. Но если бы прямо перед ними стоял человек, Винга бы его разглядела.

Она слышала, как Хейке что-то бормотал в ответ и сам, в свою очередь, задавал вопросы. Но он говорил так тихо, что расслышать что-либо было невозможно.

Он часто улыбался, а иногда смущенно посмеивался.

Винга начала терять терпение. Быть в стороне от событий не так уж приятно.

Она совершенно не чувствовала страха.