Демон и дева

— Времена Тенгеля Злого, — сухо прокомментировал он.

— Нет. Еще более древние времена. В твоих глазах можно прочитать самую древнюю часть истории рода Людей Льда. То, о чем написано в книгах Микаеля."

"— Кстати, не забудь, что ты обещала почитать мне эти книги!

— Да как же я могу забыть, — лицо ее озарила улыбка. — Единственное, в чем я тебя превосхожу — так это в умении читать!

— Ты превосходишь меня не только в этом, — он нежно провел рукой по ее боку. — Если б ты знала обо всем, ты бы обращалась со мной, как с рабом.

— Как интересно! Ну-ка расскажи!

— Погоди! Я промыл тебе рану.

Рана была на удивление небольшая. Длинная, тонкая царапина, из которой капля за каплей сочилась кровь.

— Но мне больно, — жалобно пискнула девушка. Хейке погладил ее по щеке.

— Конечно, больно. Я в этом и не сомневаюсь.

Она обратила внимание на то, что он стал каким-то рассеянным. Она улыбнулась довольной улыбкой опытной женщины.

— Я разрешаю тебе еще меня погладить.

В это время руки юноши опустились на ее бедра.

— Винга, я не трону тебя, и ты это знаешь. Ты дороже мне всего на свете. Так можно я руками почувствую твое тело? С ног до головы?

— Да, конечно. Потому что ты мне тоже дороже всего на свете. И ты это хорошо знаешь.

— Сейчас, да. Именно поэтому я и прошу тебя. Пока ты ко мне не охладела.

— Мне бы так хотелось, чтобы ты верил в мою верность, — вздохнула она. — Что ж, гладь. Я хоть несколько крошек соберу с твоего стола.

— Хорошо, Винга. — Больше он не сказал ни слова. Его руки скользили по коже девушки, по плечам, груди, горлу и подбородку. Опустились ниже, прошлись по спине, скользнули на бедра. Хейке нежно и осторожно прижался к ней на мгновение. В Винге проснулась страсть. Но он не сдавался. Он желал ей только добра.

Опустившись на колени, он прижался к ней горящим лицом, тронул кончиком языка низ живота. Девушка вскрикнула и задрожала. Потом Хейке быстро поднялся и, взяв ее платье, молча помог одеться. Взявшись за руки, они пошли прочь.

Винга не спрашивала, почему он остановился. Он зажег в ней желание. А когда понял, что не в силах удержаться, решил остановиться. Потому и прервалось прекрасное мгновение.

«Ох, — думалось Винге. — Женщины из рода Людей Льда так и не научились приличному поведению, которое состоит в том, чтобы отвергать мужскую близость. Если им мужчина не нравился, они пользовались неженским средством — кулаком. Но если они любили мужчину, то желали отдать ему все, абсолютно все».

Настоящие дамы так себя не ведут. Это Винга поняла давно. Но она не могла, да и не хотела измениться. Виллему, мать прапрабабки Хейке, никогда не скрывала свою любовь к Доминику. Она вбила себе в голову, что он будет ее, и шла вперед напролом.