Держи меня крепче

Изольда, которая мирно наблюдает все это время за нашим общением, укоризненно качает головой.

- Подольский, такой красивой девушке грех отказывать… Засунь свои страхи и предубеждения в одно место и вперед – веди.

Я поднимаюсь, протягиваю руку Лизе и веду ее на танцпол. Здесь царит полумрак и танцует не так уж много народу, чтобы затеряться. К моему счастью начинается медленная мелодия и, притянув Белоснежку к своему телу, я кладу на ее талию свою правую руку, а левой придерживаю ее ладонь.

Наверное, мы впервые так тесно и так близко. Вдыхаю легкий цветочный аромат, которым пропитаны волосы Лизы и стараюсь держать себя в руках, когда ощущаю, как ее соски касаются моей рубашки. Теперь я знаю, что на ней нет лифчика, и срочно хочу узнать есть ли на ней трусики.

- Давай сбежим, Лиза? – спрашиваю шепотом на ухо и уже заранее знаю ответ.

И тут Лиза делает то, что уносит мой здравый рассудок навсегда. Касается своими губами моих губ. Сначала нежно, неторопливо, а затем проталкивает свой острый язычок в мой рот и у меня нахрен вырубается рассудок. Обхватываю ее лицо ладонями и хочу предупредить эту девочку, что она только что переступила грань и оборвала все концы с моим здравым смыслом, но вместо этого отвечаю на ее поцелуй, переплетаю наши языки и посылаю все к чертовой матери.

‍‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‌‍Обхватываю ее лицо ладонями и хочу предупредить эту девочку, что она только что переступила грань и оборвала все концы с моим здравым смыслом, но вместо этого отвечаю на ее поцелуй, переплетаю наши языки и посылаю все к чертовой матери.

–

Мы буквально вваливаемся в номер отеля, едва успевая захлопнуть за собой дверь. Словно сумасшедшие сбегаем с ресторана прямо посреди танца, садимся в автомобиль и оказываемся здесь, в полумраке номера люкс, хаотично сбрасывая с себя верхнюю одежду. Пальто Белоснежки улетает первым, оказывается на полу и мы просто через него перешагиваем. Моя куртка остается лежать на пороге между прихожей и просторной спальней.

Белоснежка дрожит в моих объятиях, и я немного отстраняюсь, прерывая поцелуй, чтобы увидеть в ее глазах сожаление или страх. Но этого не происходит – глаза Лизы возбужденно блестят. Она держит меня за ворот расстегнутой рубашки, и я понимаю, что в ее действиях нет ни капли сожаления.

- Кто ты такой Марк? И почему у меня такое чувство, что я тебя знаю?

Я не отвечаю. Только сильнее прижимаю её к стене и целую шею, впиваясь в тонкую светлую кожу губами. Когда моя правая рука приподнимает ее платье и скользит по ноге, я чувствую, что меня сейчас разорвет на кусочки от возбуждения. Чтобы Лиза ощутила всю серьезность ситуации, прижимаюсь к её бедру каменным членом.