Опер. Девочка на спор (СИ)

А чего ты ожидал, Марьянин? Сам я не знаю, чего, но, сука, бесит! Откидываю окурок и щелкаю позвонками на шее. Идиотская ситуация. Хотя нет, это все только в моей голове.

Настроение портится окончательно. Возвращаюсь к опергруппе. Невольно ищу взглядом Иву, но натыкаюсь на Шамана.

— Макс, есть версия, — обращается он ко мне, но я слишком заведен, чтобы концентрироваться на деле. Сами справятся, не маленькие уже.

— Значит отрабатывайте, — бросаю раздраженно. — Отчет мне на стол.

— А че ты бычишь? — Шаман роняет пятерню мне на плечо.

— Тебе показалось, — небрежно скидываю и иду к своей машине.

— Макс, — окрикивает.

Так же, как и он недавно, не оборачиваясь, показываю фак, сажусь в тачку и резко срываюсь с места. Тело генерирует негативную энергию, а она требует выхода. Сейчас бы в зал, да грушу поколотить, но нельзя. Ребро гребаное не дает жить нормально. Может потрахаться все же? Сколько можно хранить целибат? Только раздражение накапливается. Набираю номер Адиля, у него всегда самый зачетные девочки, и ставлю на громкую.

— Внимательно, — раздается в динамике настороженный голос торговца живым товаром.

— Девочки занятные есть? — он знает мои вкусы и всегда угадывает. Ни разу не было прокола.

— Найдем.

— Вечером заеду?

— Хорошо, — хмыкает равнодушно.

Сбрасываю. Ну вот, развлечение я себе на вечер организовал. Осталось дожить до этого вечера.

Злой как черт приезжаю в отдел. Почему злой понятия не имею. Просто бесит все и нечем залатать пустоту, что внезапно образовалась в груди. Сообщение приходит на мыло и немного отвлекает от самокопания. Открываю. Информация по ухажера сестры.

Это уже интересно, раскрываю и читаю. Крылов Геннадий Петрович. Двадцать семь лет. Мелкий наркоторговец, держит нескольких барыг и сам плотно сидит на «гере». Вот мразь. Стискиваю кулаки, что есть силы и тяжело дышу. Не дай бог дал Машке хоть раз попробовать… сдохнет, как псина под забором.

А сейчас он в отделе у соседей. Приняли сегодня с приличной дозой порошка. Сто пудов будут раскручивать на сотрудничество. А значит скоро отпустят. Я бы и сам так сделал. Информация на свободу. Пусть недолго, но все же."

"Сжимаю переносицу пальцами и напряженно думаю. Я эту Машу выпорю нахрен, чтобы месяц на заднице сидеть не могла. Ребра опять начинают ныть, закидываю в рот обоезбол и запиваю водой. А может ебнуть его по тихой? Нет человека — нет проблем.

— Ну ладно, — хищно оскаливаюсь, срываюсь и еду к соседям.

Около отдела курят местные опера.

— О, Марьянин, — пожимаем руки. — А ты че магарыч так быстро принес?

— С хуя ли? — округляю глаза.

— Ну так сестру ж твою сегодня приняли, а потом отпустили, — поясняют они. — Ее Шаман забрал с девкой какой-то…

Ах, ты ж, блядь, сучонок. Под шумок решил, да? Увижу уши откручу нахрен.