Десант в прошлое

Твой бывший зять после месяца тренировок будет приставлен в качестве водителя и телохранителя к одной юной, но прыткой девице, дочери крупного банкира и представь себе, он никогда не покусится на её честь, чего так боится её папаша. Да и охранять её будет должным образом.

Вскоре я поехал домой. Вернувшись на дачу, я отнёс пластину из удивительного сплава в свою мастерскую и положил на полку, подвешенную над кушеткой, что и предопределило мою дальнейшую судьбу. Всё самое интересное в нашей жизни обычно происходит совершенно случайно. Так оно получилось и со мной.

Глава 2

Моё первое путешествие в прошлое и его результаты

На следующий день после своего возвращения из Москвы, я продолжил работу над ""уздечками"". До обеда я собрал их целую дюжину, а после обеда, вернувшись в мастерскую, решил полежать с часок и дать спине отдохнуть. Чтобы было веселее лежать на кушетке, я надел на голову наушники, включил проигрыватель и решил заодно послушать старый дубль-альбом ""Иисус Христос — Суперстар"". Мой взгляд наткнулся на одну вещицу, однажды найденную в Центральной Африке, которая лежала на тумбочке рядом с кушеткой, и я взял её в руки. Повертев сувенир в руках, я положил его на полку, висевшую у меня над головой и буквально в ту же минуту со мной произошло что-то странное и необычное. На мгновение меня окутала непроглядная мгла, потом до меня донесли громкие звуки польской речи, а вслед за этим я увидел, как прямо подо мной, внизу проезжает большой кавалерийский отряд. Больше всего меня поразило, что это были тяжелые польские крылатые гусары в чешуйчатых доспехах."

"Ситуация была необычная. В сером пуловере и старых джинсах, даже необутый, затаив дыхание, я парил на высоте метров в десять, а подо мной только что проехал куда-то по своим делам, скорее всего в Москву, сам литовский гетман Ян Кароль Ходкевич, окруженный гусарами. После них поехали казаки, а за ними потянулся большой обоз и я наконец сообразил, что вижу начало одного из ключевых моментов Смутного времени. Ходкевич-то так и не доставил в Московский Кремль обоз. Казаки Трубецкого его разгромили и, как я полагаю, полностью разграбили. Вскоре небольшая армия Ходкевича уехала, а я остался парить над землёй и хлопать глазами. Окрест стояла полная тишина. Это было утро конца лета, но небо затянули облака. Красота была вокруг неописуемая, вот только я никак не мог понять, с чего это оказался в одна тысяча шестьсот десятом году?

Я как бы лишился веса и не мог опуститься ниже, но и вверх тоже не поднимался.