Десант в прошлое

Там вырос еловый лес, но такой, который никому и даром не нужен. В общем когда я окончательно убедился, что смогу найти место захоронения клада и в наши годы, то выяснилось что с тех пор там не ступала нога человека и копать придётся неглубоко. Во всяком случае я прошел по реке времени вплоть до самого конца двадцатого века и так никого там не увидел. На всякий случай я тщательно обследовал окрестности и нашел-таки просёлочную то ли дорогу, то ли просеку идущую через лес и теперь был полностью уверен, что смогу найти нужное место и в наши дни даже с завязанными глазами.

Вот такие дела. Всего шесть часов поисков и мне стало известно, где спрятаны восемьдесят две бочки с золотишком. Более того, я даже знал, где лежат несколько самых тяжелых, набитых исключительно золотыми монетами и ювелирными украшениями. Вообще-то Наполеон спёр из Кремля одного только золота сто пятьдесят пудов, то есть две тонны четыреста килограммов, а это по нынешним ценам свыше ста миллионов долларов, и я один точно знал, где лежит не только оно, но ещё и драгоценные камни и серебряные изделия. А так же знал, как мы можно добраться до этого места и выкопать из земли все бочки. Я не знал только одного, как продать всё это золото и при этом не погореть, но у меня ведь имелись друзья. В общем я позвонил им и попросил всех собраться у Битюга."

"На следующий день в половине десятого утра я уже поднимался на лифте в квартиру старого друга, мужика ростом в два метра три сантиметра, который не смотря на свои пятьдесят шесть с хвостиком, был по прежнему так же крепок и могуч, как и в двадцать шесть, когда мы, четверо молодых разведчиков, все, как один, коммунисты с горящими, как у мартовских котов, глазами, отправились в нашу первую загранкомандировку в Пакистан. Смешно вспомнить, но в то время я действительно верил, что коммунизм будет обязательно построен, хотя уже тогда шутили, что его заменили олимпийскими играми. Вся шалопутная троица, при которой я был всего лишь сугубо техническим придатком, хотя без меня им была грош цена, сидела на кухне и чаёвничала. Подсев к столу, я сразу же сказал:

— Всё, мужики, больше никаких мулов. Хватит. С завтрашнего дня начинаем жить по-новому, хотя мы уже не просто старые, а начинающие дряхлеть перцы, но всё же ещё достаточно острые.

Химический Айболит, который был одного со мной роста и точно такой же комплекции, только с лысиной на полголовы, видно кислотой проело, ехидно поинтересовался:

— И чем же ты предлагаешь нам заняться, голубь шизокрылый?

Виктор назвал меня так потому, что моей любимой присказкой было — голуба ты моя. С каменным лицом я внёс ясность:

— Мы все становимся кладоискателями. Вот распечатка карты, я скачал её из Интернета.