Десант в прошлое

Вацек был свидетелем позорного бегства немцев из-под Калиша и хорошо описал это в своих мемуарах, но поскольку мы не хотели будировать эту тему, он изъял эти главы из них и сейчас я вас с ними ознакомлю. Итак, дальше всё что вы прочитаете, написано рукой Вацека:

Известие об объявлении Германией войны Российской империи, я, как и все остальные поляки, воспринял не просто с возмущением, а с гневом, граничащим с лютой ненавистью. ""Подлые тевтоны! Да, как они смеют грозить войной России!"" — думал я, когда чуть ли не бегом направлялся в ближайший полицейский участок, чтобы узнать, где можно записать в армию добровольцем.

Демарш Германии был просто возмутительным. В первую очередь потому, что эта страна очень многим обязана России. Это благодаря русским заказам так стремительно развивалась промышленность этой страны, а немцы неслыханно обогатились, вложив деньги в облигации русского императорского займа, по которому они не только целых десять лет получали проценты, но и всю сумму, причитающуюся к выплате вместе с лотереей, в которой было разыграно пять миллионов золотых дойчемарок.

Перед полицейским участком собралась большая толпа народа и все поляки, явившиеся туда с тем же вопросом, что и я, возмущённо кляли немцев за такое вероломство. Польша никогда и никем не была обласкана, если не говорить о последних одиннадцати годах, когда Россия сделала для развития Речи Посполитой больше, чем это было сделано где-либо ещё. Тут с поляками могли бы поспорить только финны, ведь Финляндия за эти годы также полностью преобразилась. Как репортёр польского телевидения, я знал это лучше кого-либо, так как объездил со своим оператором Янеком Новаком не только всю Российскую империю, но и побывал за шесть с лишним лет на всех континентах.

Поэтому мне было что и с чем сравнивать.

Когда я услышал по радио, что Германия объявила России войну, моя первая мысль была не о том, что нужно срочно явиться в редакцию, а о том, что я должен взять в руки оружие и отправиться на фронт. В просторном дворе полицейского участка собралось уже человек под двести мужчин в возрасте от двадцати до пятидесяти лет, когда из дверей вышел пожилой полицмейстер, недовольно покрутил головой и громко крикнул:

— Панове, я догадываюсь, зачем вы здесь собрались! Отправляйтесь по домам.

Никакой мобилизации не будет и потому призывные пункты не откроются ни сегодня, ни завтра ни ещё когда-либо. Я позвонил в управление полиции и мне сказали — Польше ничто не угрожает и Россия не примет участия в этой безумной войне.

Из толпы послышались громкие возгласы:

— Пан офицер, но как этому можно верить? Немцы непременно пойдут на Россию, а между нею и Германией лежит Польша.